Новая Польша 6/2018

Гражданская наука

Наука (для) обыкновенных людей

рис. Наталья Лайщак

Хорошие новости для людей, не являющихся учеными, но интересующихся наукой: ныне любой, кто обладает доступом к сети, может сотрудничать с учеными и научно-исследовательскими институтами по всему миру. Важно здесь то обстоятельство, что нам не нужно обладать специализированными знаниями в данной области. Таким образом, профессор-литературовед может на досуге, в свободную минуту, искать в бескрайнем космосе новые кометы, а автомеханик — контролировать на своем смартфоне космическое излучение. Ученик лицея имеет возможность помогать ученым в разработке лекарства от рака или болезни Альцгеймера, а компьютерщик, живущий где-то под Лодзью, — открыть далеко за пределами Солнечной системы новую планету. Как такое возможно? Что ж, добро пожаловать в новую эпоху — эпоху развития гражданской науки.

Несколько лет назад впервые в истории человечества наблюдалось и было подтверждено существование гравитационных волн. Мир на какое-то время сошел с ума, и даже если не весь мир, то, по меньшей мере, та его часть, которая в большей мере интересовалась наукой. И уж безусловно обезумели домочадцы одного из коттеджей в Силезии, где автор данной статьи как раз находилась в тот момент. Энтузиасты указанного открытия были способны чуть ли не часами вслушиваться в зарегистрированный обсерваторией LIGO* звук, который издавала некая пространственно-временная складка. Однако часто, отслеживая судьбы науки и эффектных научных открытий, мы не отдаем себе отчет в том, что за каждой такой новостью или новаторской теорией стоят не только годы исследований, но и многолетние утомительные действия либо усилия, связанные с анализом огромного количества данных. Нередко даже не просто годы, а вся чья-либо жизнь. Вспомним хотя бы Чарльза Дарвина. Его опус магнум*, иначе говоря, теория эволюции основана на многолетнем скрупулезном изучении и сравнивании живых существ, принадлежащих к самым разным родам и видам. Работа над этой эпохальной теорией заняла у Дарвина много лет, отчасти именно из-за огромного числа наблюдений, которые ему пришлось интерпретировать. Титанический объем проделанной работы вызывал у него хронический стресс и, как следствие, — серьезные проблемы со здоровьем. Однако та совокупность следов трансформации живых существ и прочих сведений, которую собрал и проанализировал Дарвин за время своих изысканий, выглядит ничтожной по сравнению с современными библиотеками данных, сквозь которые вынуждены продираться современные ученые. Полбеды, если релевантные данные может вместо нас проанализировать соответствующий алгоритм. Однако, когда любые алгоритмы терпят неудачу, работа усложняется, так как всё приходится выполнять вручную. Именно перед такой проблемой даже не моря, а целого океана данных стоял в 2007 г. аспирант Кевин Шавински, будущий профессор Оксфордского университета. Ему в рамках участия в программе Sloan Digital Sky Survey* (одно из самых важных и подробных описаний неба в истории астрономии) требовалось просмотреть и расклассифицировать около миллиона фотографий различных галактик, которые поступили от космических телескопов. После первой же недели безостановочной работы, плодом которой стали описания всего лишь 50 тыс. из них, Шавински пришел к выводу, что самостоятельно он не сможет справиться со стоящей перед ним задачей. В итоге прежде, чем он остался с глазу на глаз с хроническим стрессом, ему пришла в голову интересная идея — он попросил пользователей интернета помочь при описании имевшихся у него данных. Именно так возник Galaxy Zoo («Галактический зоопарк») — один из самых популярных интернет-проектов гражданской науки в XXI веке. Уже через несколько часов после того, как этот проект стал доступен в сети, выяснилось, что количество желающих поработать над анализом исходных материалов превысило возможности сервера, который «упал» под напором чрезмерного числа посещений. Несколько дней спустя — очередной сюрприз: работа интернет-пользователей позволяла описывать те же 50 тыс. галактик уже не за неделю (как это получилось у Кевина Шавински), а всего за час. Спустя немного больше десяти месяцев после запуска «Галактического зоопарка» у исследователей из Оксфорда уже было расклассифицировано свыше ¾ всего материала, а интерес к проекту не снижался. В скором времени вокруг «Галактического зоопарка» выросло целое сообщество, и это привело в конечном итоге к созданию Zooniverse (Зоо-вселенной) — значительно более дифференцированной интернет-платформы, которая в настоящее время объединяет около миллиона пользователей.

Идеи гражданской науки
В модели деятельности «Галактического зоопарка» как на ладони видна главная идея, лежащая в основе любых действий гражданской науки, — это идея сотрудничества между научными сообществами, с одной стороны, и рядовыми гражданами, с другой, в целях проведения более эффективных исследований. В случае именно упомянутой выше платформы волонтеры предлагают свою добровольную помощь в обработке данных, но гражданская наука может принимать и другие формы: тут и участие волонтеров в полевых исследованиях, и развитие образовательных программ на основе доступных знаний, и даже вовлечение в сетевые игры. Общей чертой всех названных действий является идея сотрудничества между экспертами и любителями, которая предполагает обмен знаниями с максимально возможным количеством людей и предоставление этим людям доступа к знаниям. При этом интересно отметить, что, хотя гражданская наука стала по-настоящему популяризироваться лишь в последние десятилетия, сам этот термин отнюдь не нов, однако в прошлом он относился главным образом к действиям ученых, не имевших академического образования в тех областях, где они проявляли активность. В давние эпохи таких ученых было немало, поскольку полная институционализация знаний наступила лишь в XX веке.
Оглядываясь назад, можно с перспективы истекшего времени сказать, что изрядная часть современной науки построена как раз на фундаменте любительских исследований. Возьмем, к примеру, Томаса Джефферсона. Мало кому известно, что Джефферсон, юрист по образованию и третий президент Соединенных Штатов, был также первопроходцем в сфере археологии. Уже упоминавшийся Чарльз Дарвин тоже был «гражданским» ученым. Несмотря на отсутствие надлежащей научной степени, он проводил собственные исследования в области естественных наук. Более того, Дарвин, будучи уже признанным ученым, охотно пользовался знаниями и наблюдениями людей, никак не связанных с наукой, но зато обладающих практическим опытом по интересовавшей его тематике: фермеров и земледельцев, животноводов и заводчиков, а также колонистов или же моряков, вместе с которыми он путешествовал. Быть может, если бы у него родилась тогда идея обратиться к дилетантам за помощью при обработке своих материалов, то потребовавшийся для этого кропотливый и изнурительный труд не наложил бы на Дарвина столь серьезного отпечатка. Но даже без подобных современных идей та нетрадиционная для тогдашних времен методология исследований, которой придерживался этот великий ученый, скорее сближает его с сегодняшним пониманием гражданской науки.
В ХХ веке произошел значительный сдвиг в сфере субъекта гражданской науки. Профессионализация знаний и ускоряющееся поступательное развитие продвинутого инструментария, служащего для их накопления, со временем практически исключили независимых исследователей из участия в прорывных открытиях, по крайней мере, в сфере естественных наук. Финансовые затраты на специализированное оборудование выросли настолько, что, лишь работая в крупных научных центрах, ученые имели шансы на проведение инновационных исследований. Разумеется, такое положение дел не обескураживало доморощенных научных работников, однако доля их участия в мировой науке считается ныне почти несущественной. К счастью, технологизация науки не оставила заинтересованных лиц на мели, лишив возможности собственного вклада. Ведь, как выяснилось, возможность более точного и тщательного изучения тех или иных явлений требует соответствующим образом возросшего участия общественности в нем. Помощь волонтеров особенно важна применительно к несложным, но трудоемким и кропотливым действиям — таким, например, как подсчет или распознавание многочисленных объектов. Правда, выполнение простых и нагоняющих тоску действий не кажется слишком уж захватывающим занятием, поэтому было бы разумным заранее проявить предусмотрительность и спросить, а хочет ли кто-нибудь участвовать в них. Однако подобные сомнения были развеяны еще в 1900 г. при проведении рождественского подсчета птиц — акции, организатором которой выступило американское Национальное Одюбоновское общество (кстати, первая природоохранная организация в мире). Тогда орнитологи плечом к плечу с волонтерами подсчитывали птиц — одновременно и во многих местах по всему миру. Данный проект оказался настолько популярным, что продолжает существовать уже более ста лет. Случай с Национальным Одюбоновским обществом убедил другие научные организации воспользоваться аналогичными решениями, плодом чего стал обильный урожай всевозможных акций по совместному подсчету численности самых разных видов животных и растений. Все они проводятся ради того, чтобы с большей точностью определить интенсивность и направление миграций, а также лучше понимать управляющие ими механизмы.
Гражданские исследовательские проекты начали приобретать всё большую популярность в 1970-х годах, но подлинной этапной вехой в развитии гражданской науки стало широкое распространение интернета в 1990-х годах. Именно массовая сетевизация создала абсолютно новый канал коммуникации между научными сообществами и теми, кто формально не являются учеными, одновременно пролагая путь к обеспечению доступности данных и к обмену знаниями в беспрецедентных до той поры масштабах.

Гражданская наука во времена сетевизации
Для чего можно использовать сеть? Подобный вопрос кажется вроде бы очень наивным, но это не совсем так. Несколько лет назад в интернете имел хождение краткий, но вполне точный мем, адресованный пользователям сети. Отвечая на вопрос: «Как ты бы описал интернет своему предку, жившему сто лет назад», — кто-то написал: «Представь себе небольшую коробочку, в которой ты имеешь доступ ко всем знаниям нашего мира, а используешь ее, главным образом, чтобы ссориться со знакомыми и разглядывать котиков». В этой шутке много правды. Среднестатистический пользователь новых технологий: компьютеров, смартфонов, а прежде всего интернета — зачастую не до конца отдает себе отчет в том, насколько мощными инструментами он оперирует. Причем не только ввиду технологической продвинутости всего вышеназванного арсенала (достаточно осознать, что в наше время обслуживание одной операции поиска в браузере Google'a поглощает больше вычислительных мощностей, чем все полеты и прочие операции одиннадцатилетней лунной программы «Аполло», вместе взятые!), но в первую очередь ввиду того огромного потенциала, который заложен в самом использовании новых технологий. Стивен Райт, автор работы «На пути к лексикону пользования», справедливо и очень точно отметил, что вместе с наступлением эры сетевой культуры пользователи интернета начали играть главную роль в качестве производителей информации и смыслов, последовательно пренебрегая старым противопоставлением производства и потребления либо — если кто-то предпочитает иную формулировку — приема и передачи. Сегодня люди, пользующиеся сетью, производят бесчисленное количество контента, который, в свою очередь, может модифицироваться, распространяться, предоставляться и дополняться другими пользователями. Все эти микрооперации строят огромный капитал знаний, которые доступны для всех. Таким способом действуют общедоступные средства информации и форумы, по такому принципу действует также Википедия, крупнейшая в мире библиотека бесплатных знаний. Сила сетевых пользователей заключается в распределенной деятельности. Построение Википедии было бы невозможным, если бы этим пришлось заниматься одному человеку. Именно сумма индивидуальных и добровольно проводимых операций создает гигантские библиотеки знаний, которые невозможно переоценить. Более того, ввиду упомянутой только что распределенности пользователей проделываемая ими работа (потому что это нужно назвать именно работой) не является для них утомительной и тем более мучительной. А прежде всего она бесплатная, потому что всегда делается где-то в сторонке и как бы мимоходом. Сумма собранного и накопленного таким способом информационного капитала представляет собой нечто большее, чем просто сумму индивидуальных употреблений, и образует надбавку пользования. Надо сказать, что такая надбавка — это огромная сила, и она несет вместе с собою потенциал, которым охотно пользуются проекты, осуществляемые под знаменем гражданской науки. Распределенные действия могут применяться в гражданской науке тремя способами: путем анализа и описывания данных, предоставляемых научными сообществами; путем предоставления вычислительной мощности своих личных устройств для каких-то исследований; наконец, путем производства материалов для дальнейшей научной обработки.

Наука во времена Big data
Примером сообщества, работа которого вращается вокруг первой из вышеназванных моделей, является, конечно же, платформа Zoouniverse. Предлагая желающим разнообразные проекты, она призывает анализировать предоставленные исследователями данные, в частности, такие, как фотографии, модели или звуковые сигналы. Это такие разновидности информации, при исследовании которых человеческий глаз или ухо все еще проявляют себя лучше любых устройств. Почему? По очень простой причине: компьютеры по-прежнему не в состоянии справиться со всеми возникающими проблемами. Несмотря на развитие машинного обучения и нейронных сетей, существует масса аналитических действий, которые люди пока еще выполняют гораздо качественнее, нежели любые алгоритмы. Вдобавок к этому нередко оказывается, что обычные люди способны реализовывать простые научные действия лучше самих ученых! Так происходит из-за свежести взгляда волонтеров на те проблемы, которые уже давно успели приесться профессиональным исследователям, а такая «замыленность» мозгов обычно приводит к потере ими бдительности и к тенденции бездумно спрямлять извилистые и сложные пути к истине. Платформа Zoouniverse в настоящее время ведёт 80 с лишним проектов, в рамках которых волонтеры (называемые «кликворкерами») помогают, в частности, распознавать формы и типы галактик (уже известный нам проект Galaxy Zoo), искать в космосе новые планеты (проект Planet Hunters — «Охотники за планетами») или выслеживать гравитационные волны (Gravity Spy — «Гравитационный шпионаж»). Но в Zoouniverse найдут для себя что-нибудь интересное не только фанатичные поклонники макрокосма. Данная платформа предлагает пользователям множество проектов в области самых разных наук: биологических, общественных и социально-политических, исторических, литературо- или искусствоведческих. Например, программа Shakespeare World («Мир Шекспира») призывает волонтеров помочь в транскрибировании рукописей великого драматурга елизаветинской эпохи. Присоединившись к другой программе, которая носит название Ancient Life («Древняя жизнь»), можно помочь в прочтении папирусов. Цель проекта Whale.fm состоит в коллективной расшифровке языка китообразных. В программе Old Weather («Старая погода») целью является реконструкция погоды прошлых времен (на основании старых корабельных журналов), тогда как в проекте Plankton Portal («Портал планктона») волонтеры совместно устанавливают направления миграций планктона. Перечисленные выше проблемы нельзя назвать ни тривиальными, ни маловажными. Скажем, благодаря реконструкции погоды за прошедшие несколько столетий можно скорректировать современные долгосрочные прогнозы, касающиеся изменения климата, в то время как длительный мониторинг направлений миграций океанического планктона позволяет лучше зафиксировать изменения, происходящие в его водах (что также находит отражение и в анализе климатических метаморфоз). Впрочем, мониторинг глобальных перемен, происходящих на нашей планете, — это отдельный сегмент деятельности гражданской науки.
Всё чаще волонтеры принимают участие в локальных наблюдениях за миграцией разных видов, предоставляя возможность доступа к собранным данным, которые могут быть затем организованы в конкретные карты их расселения и модели поведения. Сегодня скрупулезное изучение различных вариантов поведения отдельных популяций очень важно. Ощутимые изменения температуры в разных частях земного шара в сочетании с нарушениями привычной картины выпадения атмосферных осадков приводят в итоге к устойчивым изменениям условий жизни многих биологических видов. Всё большее их количество мигрирует в поисках более удобных для себя мест обитания. Ведение количественного учета разных видов и карт их перемещения — это на сегодняшний день актуальная, даже неотложная задача, так как в последние десятилетия нам приходится иметь дело с ещё одной серьёзной проблемой — вымиранием видов, причем в массовых масштабах. Особенно беспокоит, что сфера распространения данного явления и его скорость вполне сопоставимы с исчезновением динозавров, причем мы не до конца понимаем его причины. Нам нужны как можно более точные сведения о том, какие конкретно виды вымирают, а какие мигрируют, с какой скоростью, откуда и куда. Благодаря этому можно внедрять программы защиты как для отдельных видов, так и для территорий, по которым перемещаются такие популяции. Одна из платформ, концентрирующихся на локальных наблюдениях за видами, — это iNaturalist. По своему действию она немного похожа на фейсбук: тоже носит глобальный характер, у пользователей есть собственные учетные записи, они также могут самостоятельно организовывать в своей окрестности независимые исследовательские проекты и приглашать других людей к участию в них. Эта платформа позволяет осуществлять локальное архивирование наблюдений за различными видами растений, животных и грибов с привлечением фотографий и геолокации. Из собранных материалов можно впоследствии готовить глобальные карты данных по конкретным видам. Возможно, в будущем удастся создать так называемые живые карты, которые будут показывать систематически обновляемое состояние видовой миграции и позволят биологам и экологам гораздо быстрее реагировать на происходящие изменения.
Очевидным вопросом, который приходит в голову применительно к участию не-ученых в таких проектах, как iNaturalist, или в других подобных научных исследованиях, является добросовестность и надежность проводимых таким способом изысканий. Надлежащий контроль за работой помощников-пользователей — это на сегодня один из вызовов, стоящих перед гражданской наукой. Как при описании материалов, так и при сборе данных необходимо устанавливать такие методы деятельности, которые позволяют в максимально возможной степени исключить потенциальные ошибки, возникшие в результате неправильной организации верификации или же из-за недостатка либо вообще отсутствия надлежащих знаний. Существует несколько методов верификации получаемой информации. В значительной части проектов, предполагающих работу с данными, используется метод одновременной работы многих пользователей над одним фрагментом исходных материалов. Галактический зоопарк открывает сравнительно большому числу людей доступ к одним и тем же фотоснимкам для их описания, а поскольку такое описание ограничивается правильным классифицированием типа каждой конкретной галактики, результаты могут быть позднее усреднены. Тем самым при таком подходе ошибка одного наблюдателя не приводит к неверному описанию объекта. В случае сбора материала — как на платформе iNaturalist — тоже существует целый ряд протоколов верификации, которые защищают от совершения ошибок. Например, использование геолокации при архивировании сведений о видах приводит к тому, что часть данных (точное географическое местоположение и время) уже дополнена автоматически, а истинность остальных верифицируют модераторы данной платформы.

Собирай данные, передай дальше
Если кому-то хотелось бы активно поучаствовать в научной работе, но он не чувствует себя способным отличать одну галактику от других или же собирать информацию о биологических видах где-нибудь в ближайших окрестностях, то у него есть возможность предоставить науке свой компьютер или смартфон. И не надо пугаться: ведь при этом вовсе не требуется отправлять свои гаджеты в научно-исследовательские институты — ученым будет достаточно, если вычислительные мощности чьих-то устройств просто сделаются доступными для них. Обширные комплексные исследования часто требуют сложных компьютерных операций, для которых необходима как можно большая вычислительная мощность. Повсеместная распространенность сети дала обычным пользователям возможность давать научным центрам доступ к какой-то части вычислительной мощности своих устройств, пусть даже небольшой. Такая практика называется распределенной обработкой, и обычно она состоит в том, что научные сообщества предоставляют надлежащие приложения и программы, которые заинтересованные волонтеры могут устанавливать на своих устройствах. Указанные приложения используют наши устройства, например, для сбора требующихся им данных. При этом волонтеру нет нужды беспокоиться о чрезмерной загрузке предоставленного компьютера или смартфона. Упомянутые программы потребляют только свободную вычислительную мощность чужого устройства, что делает их эксплуатацию ничуть не обременительной. Таким образом наши смартфоны и компьютеры могут обнаружить какие-то явления, информация о которых затем накапливается и анализируется в крупных научных центрах. Хотя этот метод относительно молод, в настоящее время функционирует уже, по меньшей мере, дюжина исследовательских проектов подобного типа. Любопытно отметить, что какие-нибудь два десятка лет назад мало кто вообще мог грезить о самой возможности одалживать напрокат домашние компьютеры для проведения каких-то исследований. Все изменилось в 1999 г., когда состоялась инаугурация первой такой научной программы — [email protected] Этот проект, координируемый Калифорнийским университетом в Беркли, является частью исследовательской программы SETI (это аббревиатура английского названия «Поиск внеземного разума»), в которой вычислительная мощность домашних устройств используется для поиска сигналов от внеземных цивилизаций. Благодаря установке соответствующего программного обеспечения любые участники [email protected] могут загружать к себе порцию космического шума, зарегистрированного радиотелескопом в обсерватории близ Аресибо (Пуэрто-Рико), а затем анализировать загруженный фрагмент через призму тех специально выбранных параметров, которые могут свидетельствовать, что его передал внеземной разум. Хотя до сих пор никто официально не подтвердил обнаружения каких-либо сигналов от такого разума, сама эта идея оказалась плодотворной и весьма вдохновляющей для всей научной общественности. Ведь оказалось, что агрегированная микрообработка, выполняемая многими устройствами, может превышать возможности самых мощных и быстродействующих компьютеров в мире. Всё зависит от количества пользователей, а оно способно по-настоящему впечатлить: на пике в программе [email protected] принимали участие 5,4 млн пользователей интернета!
Такого же или даже еще большего числа пользователей хотели бы достичь творцы польской научной программы CREDO — Cosmic-Ray Extremely Distributed Observatory («Предельно распределенная обсерватория космического излучения»). У авторов исходного замысла указанного проекта, польских ученых из краковских научных центров (в том числе из Института ядерной физики Польской Академии наук) имеется план создания крупнейшей в мире научно-исследовательской сети для обнаружения космического излучения, главной целью которой станет улавливание частиц темной материи, иными словами, де-факто — доказательство ее существования. Запущенная в 2016 г. программа CREDO амбициозна, причем сразу в нескольких отношениях. Начнем хотя бы с самого предмета исследования. Темная материя признаётся сейчас наиболее таинственной субстанцией во вселенной. Гипотеза об ее существовании циркулирует в астрофизическом сообществе уже давно, но до сего времени никому не удалось найти прямых доказательств того, что она действительно существует. Единственное, что выдаёт присутствие антивещества в космосе, — это порождаемые им гравитационные эффекты. И эта проблема — вполне весомая, поскольку физики предполагают, что темная материя является фундаментальной основой всей вселенной: мало того, что она может заполнять даже до 68% всего космоса, так она еще и постоянно влияет на эволюцию вселенной, в частности, на возникновение галактик. Ситуацию почти полного неведения, царящую в данном вопросе, хочет изменить проф. Петр Хомола из Института ядерной физики ПАН, один из творцов проекта CREDO.
Действия созданного для этой цели приложения заключаются в мониторинге достигающего Земли космического излучения и попытке уловить те частицы, которые возникли после распада (точнее, аннигиляции) антивещества. Поскольку такие события обычно охватывают весьма обширные пространства, для их обнаружения нужна максимально протяженная и широко раскинувшаяся сеть детекторов, предпочтительно — покрывающая весь земной шар. Как мы легко можем себе представить, застройка всей нашей планеты подобными детекторами — это на данный момент science-fiction, научная фантастика, однако вместо того, чтобы строить, можно использовать уже существующие ресурсы — смартфоны. В настоящее время более половины человечества оснащено мобильными телефонами. По меньшей мере, половина этих устройств настолько продвинута технологически, что в сочетании с подходящим приложением их вполне достаточно для мониторинга космического излучения. Ключ к успеху в том, чтобы собрать как можно больше энтузиастов, которые, не будучи учеными, желали бы присоединиться к указанной программе. Создатели CREDO хотят, чтобы людей, изучающих космическое излучение с помощью своих собственных смартфонов, трактовали по-партнерски и чтобы такое отношение к ним, помимо всего прочего, находило отражение в предстоящих публикациях. Если программа CREDO развернётся таким образом, как того жаждут польские ученые, она станет одним из наиболее важных проектов последних лет в области гражданской науки. А уж если благодаря ней удастся подтвердить гипотезу о существовании темной материи, тогда — по словам доктора Хомолы — мы даже имеем шанс на Нобелевскую премию. «Мы» означает здесь всех, кто принимает участие в этой программе.

Играй, чтобы лечить
В то время как одни обещают Нобелевскую премию, другие призывают к добротному и качественному развлечению, которое гарантируют сетевые игры. Научные игры представляют собой любопытный элемент гражданской науки Они прибегают к уловке, называемой геймификацией, иначе говоря, хотят воспользоваться механизмами, известными по играм, с целью сначала привлечь, а затем и вовлечь людей в ситуации, которые играми на самом деле не являются. В 2011 г. мир (и не только научный) облетела новость о переломном открытии — обнаружении белка, который потенциально может помочь в борьбе со СПИДом. И всё это — благодаря геймерам, которые, активно включившись в интернет-игру Fold.it, оказались в состоянии разработать соответствующий белок. Эта игра была несколько лет назад придумана и разработана на факультете информатики, инжиниринга и биохимии Вашингтонского университета. Цель указанной игры — создание моделей белков и их свёртывание в потенциально способные к функционированию трёхмерные структуры. Что, для вас это звучит скучно и сложно? Ничего подобного! Принципы действия указанной игры просты и — прежде всего — не требуют никаких специализированных биохимических знаний. Научные сотрудники из Вашингтонского университета сконструировали Fold.it таким образом, чтобы побудить геймеров к дальнейшему экспериментированию с белками — по мере наращивания «стажа» и накопления опыта игроки со временем получают возможность разблокировать очередные, всё более сложные уровни, набирать очки, а также соревноваться с самими собой и другими участниками. Из банка результатов исследователи выбирают наиболее интересные и тестируют их в лаборатории. О популярности данной игры свидетельствует хотя бы тот факт, что с момента, когда она стала доступной в интернете (2008), удалось создать вокруг нее сообщество, состоящее из 236 тыс. геймеров. Эффекты ее общедоступности столь же поразительны. Оказывается, интернет-пользователи, действуя (опять-таки) в массовом порядке, смогли за несколько недель решить проблемы, над которыми биохимики мучились многие годы. Fold.it с момента возникновения реально помогает в разработке лекарств против ВИЧ, болезней Паркинсона и Альцгеймера или же геморрагической лихорадки.
Такие проекты, как Fold.it или Play to cure («Играй, чтобы лечить» — еще одна игра, которая помогает искать эффективные методы противораковой терапии), используют энергию игроков и направляют ее на путь сотрудничества с научно-исследовательскими центрами. Благодаря этому удается легко и просто активизировать человеческий капитал, необходимый для решения реально существующих проблем. Производство или же применение возникающей надбавки пользования (если снова вернуться к Стивену Райту) в процессе игры или других проявлений активности, случающихся в интернете, не является ничем новым для сетевой культуры. Каждый из нас почти наверняка сталкивался, к примеру, с гугловской системой защиты от спама, носящей название reCAPTCHA*. Теоретически главная функция reCAPTCHA состоит в блокировании ботов, однако каждый раз при ее применении попутно и как бы мимоходом создается порция новой информации. Подтверждая свою человечность, мы можем — совсем уж между делом — оцифровывать фрагменты книг и газет, опубликованных до 1945 г., равно как совершенствовать и упорядочивать интернет-карты или же создавать учебные базы для новых алгоритмов. Таким образом, подобно тому, как походя и заодно можно поспособствовать развитию искусственного интеллекта, есть также возможность в аналогичном режиме поучаствовать в поиске лекарств от многих болезней, которые мучают человечество. А при этом еще неплохо развлечься.