Новая Польша 12/2014

ПОРТРЕТ ЧАПСКОГО

«Он поражал непосредственностью, проявлявшейся во всем, в том, как он жил, писал, рисовал, говорил, но в то же время он совмещал в себе множество персонажей и каждым из них был в полной мере. Художник, писатель, литературный и художественный критик, активист, публицист, солдат, «фандрайзер» парижской «Культуры», друг — он был, прежде всего, живым человеком. По-настоящему добрым, светлым, немедленно откликающимся на неправду, на шутку, на моменты восторга и моменты ужаса». О Юзефе Чапском пишет Войцех Карпинский.

Войцех Карпинский

ВОСПОМИНАНИЯ О ЮЗЕФЕ ЧАПСКОМ

«Чапский же легко завязывал знакомства и был своим человеком сразу в двух сообществах: в кругу французских интеллектуалов (особенно близок он был с Мориаком), и в кругу русской эмиграции, где он водил дружбу с восхищавшим его Дмитрием Философовым, одним из самых выдающихся представителей русской интеллектуальной элиты». Юзефа Чапского вспоминают представители двух разных поколений: Александр Яцковский - историк искусства, этнограф и Анджей Метковский — журналист, переводчик.

ОБ ИЗБРАННЫХ СОЧИНЕНИЯХ РОЗАНОВА

«Когда я сам, постоянно возвращаясь к Розанову, думаю о том, как заинтересовать им других, я стараюсь читать его глазами „непривыкших” к нему людей, и пока меня не захватывают дыхание его предложения, метафоры и то, что он называет инкрустацией состояний и противоречивых друг другу переживаний, мне почти что стыдно за него, так резко, по-иному он отзывается и пишет обо всём». Об сочнениях Розанова пишет Юзеф Чапский.

Юзеф Чапский

ХРОНИКА (НЕКОТОРЫХ) ТЕКУЩИХ СОБЫТИЙ

О Дне независимости 11 ноября; о 25-летней годовщине падения берлинской стены; o задержании офицера польской армии, и варшавского юриста подозреваемых в шпионаже в пользу Российской Федерации; о том, что Президент Петр Порошенко назначил новым послом Украины в Варшаве Андрия Дещицу; о российско-украинской войне и других важных событиях обсуждаемых в ноябре пишет в своей «Хронике» Виктор Кулерский.

Виктор Кулерский

ВСЕ ЦВЕТА РУССКОГО МИРА

«Читаю в прессе о том, что близится новое собирание земель, и что русский мир объединяется. Не знаю, может, и так, хотя своими глазами я этого не видел. В Варшаве русский мир обычно бывает проездом. Его легко узнать хотя бы по регистрационным номерам — белорусским, украинским и российским. Этих последних что-то стало как будто меньше». Читайте новейший фельетон Войцеха Мазярского.

Войцех Мазярский

РОССИЙСКИЕ ОЧЕРКИ И РЕПОРТАЖИ ИГОРЯ МЕЧИКА

«Репортажи Игоря Мечика, опубликованные в книге «14:57 до Читы. Репортажи из России», были написаны в 2002–2004 гг. и появлялись на страницах еженедельника «Политика». Заглавный репортаж — рассказ о путешествии по Транссибирской магистрали, но настоящим героем всего сборника стала молодежь — первое поколение, растущее в постсоветской России. Какое оно?» Книги прочел Эугениуш Соболь.

Эугениуш Соболь

ЗОВ КРОВИ ПРОФЕССОРА ХИРШФЕЛЬДА

«Мужчины, которых необоснованно подозревали в отцовстве, нашли в нем спасителя: ведь это он, Людвик Хиршфельд, является одним из тех, кто открыл закон о наследовании групп крови, позволяющий исключить родительство. Кроме того, именно он внес значительный вклад в то, что медицина справляется с серологическим конфликтом, который может привести к смерти плода». Об профессоре Хиршфельде пшишет Беата Мацеевская.

Беата Мацеевская

КАК ПОЛЬКИ ИЗОБРЕЛИ ИСКУССТВЕННУЮ КОСТЬ

«Он нетоксичен, не вызывает аллергии и спустя несколько месяцев превращается в настоящую кость. Необычный композит, называемый «искусственной костью из Люблина», сейчас начали тестировать ортопеды и стоматологи». О том, как польки изобрели искуственную кость пишет Дорота Романовская.

Дорота Романовская

БА!

«Название новой книги Войцеха Касса изумляет не столько краткостью, сколько многозначностью и загадочностью. Однако дело проясняется после прочтения заглавной поэмы, особенно ее предпоследнего фрагмента: „Давай, вскакивай, кружи, как шмель, по террасе/ ох уж эти твои привычки – пощипывай брови густые/ бормочи свое: ба! Стишок нацарапай в трансе/ и один, и другой...”. Стихи наконец возникают — как финальный фрагмент произведения: „Ба!”.

И все же — кто адресат этого призыва? В тексте достаточно сигналов, чтоб утвердиться во мнении: речь идет о Константы Ильдефонсе Галчинском», пишет Лешек Шаруга. Поэма Войцеха Касса в переводе Андрая Базилевского.

Войцех Касс

ВСТРЕЧА С ГАЛЧИНСКИМ

«Название новой книги Войцеха Касса изумляет не столько краткостью, сколько многозначностью и загадочностью. Однако дело проясняется после прочтения заглавной поэмы, особенно ее предпоследнего фрагмента: „Давай, вскакивай, кружи, как шмель, по террасе/ ох уж эти твои привычки – пощипывай брови густые/ бормочи свое: ба! Стишок нацарапай в трансе/ и один, и другой...”. Стихи наконец возникают — как финальный фрагмент произведения: „Ба!”.

И все же — кто адресат этого призыва? В тексте достаточно сигналов, чтоб утвердиться во мнении: речь идет о Константы Ильдефонсе Галчинском», пишет Лешек Шаруга. Поэма Войцеха Касса в переводе Андрая Базилевского.

Лешек Шаруга

НАКОНЕЦ-ТО ПРОСТО «ЛЮБОВЬ»

«Если бы меня попросили назвать фильм, лучше всего показывающий, что мы уже (наконец) окрепли в том „новом” (под „новым” я понимаю период после 1989 г.), то я назвала бы именно „Любовь”. Потому что в нем богатство — не порок, герои относятся к среднему классу, они успешны, а профессиональный успех показан как вещь нормальная, как что-то, к чему можно стремиться». Читайте текст Катажины Тарас.

Катажина Тарас

ВЫПИСКИ ИЗ КУЛЬТУРНОЙ ПЕРИОДИКИ

«Один из вечных вопросов, которым задаются люди, касается того, как избегать конфликтов с соседями. Как известно, каждое пограничье имеет две стороны: одно дело польско-российское пограничье, а другое — российско-польское. (...) Тем не менее Россия и Польша — сегодня соседи, и тема взаимоотношений — это вопрос, по крайней мере для Польши, если не фундаментальный, то в любом случае жизненно важный, и направлен он в большей мере в будущее, чем в прошлое». Что пищет об этом польская печать излагает Лешек Шаруга.

Лешек Шаруга

КУЛЬТУРНАЯ ХРОНИКА

«Во время фестиваля Конрада толпы валили на встречу с очень популярным в Польше автором детективных романов Борисом Акуниным. (...) По мнению Акунина, следует еще долго ждать, чтобы «спрос на демократию» в России существенно вырос. Одновременно он отметил, что Россия сегодня внутренне раздвоилась, «как двуглавый орел на ее гербе: каждая из голов смотрит в разные стороны». Кроме россиян с имперскими устремлениями, напомнил писатель, следует также видеть и русских, стремящихся к свободе». О важнейших событиях культурной жизни Польши в октябре-ноябре читайте в Хронике Эльжбеты Савицкой.

Эльжбета Савицкая

О XIX ВСЕОБЩЕМ СЪЕЗДЕ ПОЛЬСКИХ ИСТОРИКОВ

Ведущей темой XIX Всеобщего съезда польских историков была очень широко понимаемая морская проблематика. Организаторы хотели посмотреть через призму Балтийского моря на судьбы Польши и европейского континента, а также указать на море как на фактор, который связывает между собой общества, живущие на его берегах, и облегчает их модернизацию. В беседе с Лешеком Вонтрубским рассказывает о съезде профессор Адам Маковский, председатель организационного комитета и директор Института истории и международных отношений Щецинского университета.

О «НЕИЗБРАННОМ НАРОДЕ» ПАУЛИНЫ ЦЕЛЬНИК

„Книга «Неизбранный народ» была задумана как научное исследование, однако, по словам автора, избыток эмоций и аутентичности живого, зачастую весьма болезненного человеческого опыта не позволили ей заключить десяток с лишним историй разных людей, с которыми она провела интервью, в рамки статистических таблиц и формул. (...) Читатель в конечном итоге получил запись душераздирающих разговоров, которые знакомят нас с разнообразными, более или менее драматическими историями людей, внезапно узнавших, что принадлежат к еврейскому народу — народу, ими самими «не избранному»”. О книге Паулины Цельник, фрагмент которой опубликован в том же номере «НП», пишет Евангелина Скалинская.

Евангелина Скалинская

НЕИЗБРАННЫЙ НАРОД

„Она [ул. Желязная] как раз там, где стояла стена гетто. Эта страшная стена проходила в точности по Желязной, разделяя улицу на еврейскую и арийскую стороны. Поблизости располагался печально знаменитый деревянный мост, который соединял обе части. Вот там-то и была, и по-прежнему там находится, монастырская обитель. (...) Помню тот прекрасный день, ту монастырскую обитель, это был небольшой особняк. Я попробовал позвонить туда, но звонок не действовал. В конечном итоге мне удалось туда проникнуть. Впустившая меня монахиня спросила, открывая дверь: «Вы кого-то ищете?” А я ей: «Себя, свою идентичность, семью»”. Читайте фрагмент книги «Не избранный народ».

Паулина Цельник