Новая Польша 7-8/2006

ПРИОРИТЕТ РОССИИ — САМА РОССИЯ

Мо­ск­ва по­ня­ла, что им­пер­ская идея от­жи­ла свой век, и на­шла за­ме­ну ве­ли­кой ядер­ной дер­жа­ве — ве­ли­кую энер­ге­ти­че­скую дер­жа­ву. Рос­сия ви­дит в Поль­ше стра­ну, ко­то­рая не толь­ко при­со­еди­ни­лась к ос­нов­ным ин­сти­ту­там За­па­да, но и ста­ла вести ак­тив­ную вос­точ­ную по­ли­ти­ку, где ее ин­те­ре­сы стал­ки­ва­ют­ся с ин­те­ре­са­ми Рос­сии - говорит за­мес­ти­тель ди­рек­то­ра Мо­с­ков­ско­го Цен­тра Кар­не­ги Дмит­рий Тре­нин.

ИНЫЕ ВРЕМЕНА, ИНЫЕ ГОЛОСА

"Чи­та­те­ли жур­на­ла “Поль­ша” мог­ли уз­нать о на­шей стра­не мно­го са­мо­го раз­но­го и ин­те­рес­но­го, осо­бен­но для мо­ло­де­жи, как, ска­жем, о по­пу­ляр­но­сти ав­то­сто­па или джа­за. По­ме­щен­ный в жур­на­ле ре­пор­таж с оче­ред­но­го Jazz Jam­bo­ree да­вал без­ус­лов­ную га­ран­тию то­го, что дан­ный но­мер ста­нет осо­бен­но вос­тре­бо­ван­ным. Но ес­ли бы ин­фор­ма­ция о Поль­ше ог­ра­ни­чи­ва­лась толь­ко тем, что мож­но было про­чи­тать в вы­хо­див­шем на рус­ском язы­ке жур­на­ле, то его чи­та­те­ли по­ня­тия бы не име­ли, что в на­шей стра­не су­ще­ст­ву­ют ча­ст­ная соб­ст­вен­ность на зем­лю и еди­но­лич­ные сель­ские хо­зяй­ст­ва и что пре­об­ла­даю­щая часть на­се­ле­ния Поль­ши по сво­ему ве­ро­ис­по­ве­да­нию — ка­то­ли­ки, а Цер­ковь пред­став­ля­ет со­бой су­ве­рен­ную си­лу" - пишет многолетний редактор "Польши", Здислав Романовский.

Здислав Романовский

ХРОНИКА (НЕКОТОРЫХ) ТЕКУЩИХ СОБЫТИЙ

Па­па Бе­не­дикт XVI в конц­ла­ге­ре Ауш­виц-Бир­ке­нау: “В мес­те, по­доб­ном это­му, сло­ва ока­зы­ва­ют­ся бес­по­лез­ны­ми, а серд­це в пронзительной ти­ши­не взы­ва­ет к Бо­гу: „Гос­по­ди, по­че­му Ты мол­чал? По­че­му Ты до­пус­тил это?” (...) Я при­хо­жу сю­да (...) как пре­ем­ник Ио­ан­на Пав­ла II и в то же вре­мя как сын не­мец­ко­го на­ро­да — то­го на­ро­да, в лоне ко­то­ро­го зародилась груп­па пре­ступ­ни­ков, при­шед­шая к вла­сти с по­мо­щью обманчивых обе­ща­ний ве­ли­чия, вос­ста­нов­ле­ния чес­ти и зна­че­ния стра­ны. Ри­суя пер­спек­ти­вы бла­го­сос­тоя­ния, они не ос­та­нав­ли­ва­лись пе­ред тер­ро­ром и за­пу­ги­ва­ни­ем, что­бы вос­поль­зо­вать­ся на­ро­дом как ору­ди­ем сво­ей жаж­ды раз­ру­ше­ния и вла­сти (...) Сколь­ко во­про­сов воз­ни­ка­ет в этом мес­те! Но сно­ва и сно­ва воз­вра­ща­ет­ся один: „Где был Бог в те дни?” (...) Ме­сто, где мы сто­им, — это ме­сто па­мя­ти, ме­сто Шо­а (...) Я про­шел вдоль плит, ко­то­рые на раз­ных язы­ках на­по­ми­на­ют о жерт­вах это­го мес­та (...) На од­ной из них — над­пись на ив­ри­те. Вла­сти­те­ли Третье­го Рей­ха хо­те­ли пол­но­стью ис­тре­бить ев­рей­ский на­род, сте­реть его с ли­ца зем­ли (...) Уни­что­жая Из­ра­иль, они хо­те­ли в ко­неч­ном счете вы­рвать кор­ни хри­сти­ан­ской ве­ры и за­ме­нить ее со­здан­ной ими ве­рой в гос­под­ство че­ло­ве­ка — силь­но­го че­ло­ве­ка. Есть тут и пли­та с над­пи­сью на поль­ском язы­ке. С са­мо­го на­ча­ла на­цис­ты пы­та­лись ис­тре­бить преж­де все­го ин­тел­ли­ген­цию, что­бы та­ким об­ра­зом уни­что­жить на­род как са­мо­стоя­тель­ный ис­то­ри­че­ский субъ­ект, что­бы пре­вра­тить его — ес­ли от не­го еще что-то ос­та­нет­ся — в на­род ра­бов (...) Есть так­же пли­та на рус­ском язы­ке, ко­то­рая уве­ко­ве­чи­ва­ет па­мять бес­чис­лен­но­го мно­же­ст­ва рус­ских сол­дат, пав­ших в борь­бе с на­цио­нал-со­циа­ли­сти­че­ским ре­жи­мом. Од­на­ко эта пли­та за­став­ля­ет нас за­ду­мать­ся и о тра­ги­че­ской двой­ст­вен­но­сти их мис­сии: ос­во­бо­див на­ро­ды от од­ной дик­та­ту­ры, они ста­ли ору­ди­ем, с по­мо­щью ко­то­ро­го те же са­мые на­ро­ды бы­ли вверг­ну­ты во власть но­вой дик­та­ту­ры — Ста­ли­на и ком­му­ни­сти­че­ской идео­ло­гии”.

Виктор Кулерский

НАД-ВРЕМЕНЕМ-И-МЕСТОМ

Юлия Хартвиг: Я ис­хо­жу из то­го, что пре­крас­но са­мо су­ще­ст­во­ва­ние, факт, что мы есть на этом све­те. Что у нас есть воз­мож­ность чув­ст­во­вать, ви­деть, слы­шать, де­лать соб­ст­вен­ные от­кры­тия. Но это не оз­на­ча­ет, что я мир­юсь со злом. Про­тив про­яв­ле­ний зла я про­тес­тую, и это мож­но уви­деть в мо­ей по­эзии.

НАШ ПРЕДСЕДАТЕЛЬ

"Не­ред­ко раз­да­ют­ся сетова­ния, что, мол, нет у нас лю­дей, спо­соб­ных слу­жить об­раз­цом. Я все­гда это вы­слу­ши­ва­ла до­воль­но скеп­ти­че­ски, осо­бен­но ко­гда еще бы­ли жи­вы та­кие лю­ди как о. Юзеф Тиш­нер или Ежи Ту­ро­вич. Ду­маю, в каж­дом со­об­ще­ст­ве есть та­кие лю­ди или хо­тя бы один че­ло­век, ко­то­рый поль­зу­ет­ся все­об­щим ува­же­ни­ем и при ко­то­ром лю­бой по­сты­дит­ся со­вер­шать не­до­стой­ные по­ступ­ки. У пи­са­те­лей та­ким не­со­мнен­но был Ян Юзеф Ще­пан­ский". "Новая Польша" публикует отрывок из книги воспоминаний Юлии Хартвиг "Избранники судьбы".

Юлия Хартвиг

ЖИЗНЬ НА ОБОЧИНЕ

"Мно­го спо­ров вызыва­ли по­пыт­ки ис­чис­лить рус­ских бе­жен­цев в Поль­ше: мно­гие эмиг­ран­ты при­дер­жи­ва­лись док­три­ны “три­един­ст­ва”, со­глас­но ко­то­рой бе­ло­ру­сов и ук­ра­ин­цев сле­ду­ет рас­смат­ри­вать как “рус­ские пле­ме­на”; не­ред­ко рус­ски­ми счи­та­ли так­же всех пра­во­слав­ных. Все это по­ро­ди­ло свое­об­раз­ный, не под­тверж­ден­ный ни­ка­ки­ми доказательствами “миф о шес­ти мил­лио­нах”, имев­ший хож­де­ние у эмиг­рант­ских ав­то­ров вплоть до 1970‑х. Оп­ро­вер­же­ние те­зи­са о шес­ти мил­лио­нах рус­ских эмиг­ран­тов в Поль­ше эмиг­рант­ские дея­те­ли счи­та­ли од­ним из глав­ных до­ка­за­тельств “поль­ской ру­со­фо­бии”. Поль­ские по­ли­ти­ки и пуб­ли­ци­сты склон­ны бы­ли к про­ти­во­по­лож­но­му под­хо­ду: они за­ни­жа­ли чис­лен­ность рус­ско­го на­се­ле­ния; о том, что это де­ла­лось хо­тя бы в не­ко­то­рой сте­пе­ни зло­намерен­но, сви­де­тель­ст­ву­ет факт лег­ко­го от­хо­да с этих по­зи­ций, как толь­ко это дик­то­ва­ла по­ли­ти­че­ская конъ­юнк­ту­ра". О русской эмиграции в межвоенной Польше пишет Войцех Станиславский.

Войцех Станиславский

ВЫПИСКИ ИЗ КУЛЬТУРНОЙ ПЕРИОДИКИ

В том за­ме­ша­тель­ст­ве, ко­то­рое со­пут­ст­ву­ет гон­ке по­все­днев­но­сти, мы ред­ко за­да­ем­ся ос­но­во­по­ла­гаю­щи­ми во­про­са­ми. И, на­вер­ное, пра­виль­но де­ла­ем, а то от та­ких во­про­сов и сбе­сить­ся мож­но. И все-та­ки это не зна­чит, что вре­мя от вре­ме­ни к ним не сле­ду­ет воз­вра­щать­ся. Один из та­ких во­про­сов: “Что есть ис­ти­на?” — стал пред­ме­том дис­кус­сии, про­хо­див­шей в мае в Вар­шав­ском уни­вер­си­те­те.

Лешек Шаруга

ЛЕТОПИСЬ КУЛЬТУРНОЙ ЖИЗНИ

“При­ми­ре­ние, лю­бое при­ми­ре­ние тре­бу­ет тру­да, уси­лий, тер­пе­ния и, глав­ное, бо­лее ши­ро­ко­го взгля­да на ис­то­рию, а не од­ной толь­ко бо­лез­нен­ной ис­то­ри­че­ской па­мя­ти, — го­во­рил про­фес­сор Збиг­нев Бже­зин­ский на тор­же­ст­ве по слу­чаю при­суж­де­ния ему “Га­зе­той вы­бор­чей” зва­ния “Че­ло­век го­да”. — Дру­зей сле­ду­ет убеж­дать в сво­ей пра­во­те, а не от­тал­ки­вать их с по­зи­ции мо­раль­но­го пре­вос­ход­ст­ва. Что­бы со­хра­нить и уп­ро­чить оп­ти­маль­ное по­ло­же­ние, тре­бу­ет­ся так­же поль­ское го­су­дар­ст­во, со­зна­тель­но ук­ре­п­ляю­щее в об­ще­ст­ве де­мо­кра­ти­че­скую куль­ту­ру”. В обос­но­ва­нии от­ме­че­но, что Збиг­нев Бже­зин­ский на­граж­ден за за­слу­ги в де­ле вос­ста­нов­ле­ния не­за­ви­си­мо­сти Поль­ши, ук­ре­п­ле­ния на­шей де­мо­кра­тии и по­мощь в от­стаи­ва­нии поль­ских го­су­дар­ст­вен­ных ин­те­ре­сов. “Га­зе­та вы­бор­ча” при­суж­да­ет зва­ние “Че­ло­век го­да” уже в вось­мой раз — все­гда в го­дов­щи­ну со­зда­ния га­зе­ты, впер­вые по­явив­шей­ся на рын­ке 17 лет на­зад и став­шей пер­вым не­за­ви­си­мым и офи­ци­аль­но вы­хо­див­шим пе­чат­ным ор­га­ном в стра­нах вос­точ­но­го бло­ка. В этом го­ду юби­лей “Га­зе­ты” со­про­вож­дал­ся дис­кус­сия­ми на те­мы “Рос­сия Сол­же­ни­цы­на” и “Ис­лам в Ев­ро­пе”.

Янина Куманецкая