Новая Польша 10/2018

Разговор с без-начала

Новая книга стихов Мажанны Богумилы Келяр — «Навигации» (2018) — вышла у автора после двенадцатилетнего перерыва, который существенно не повлиял на преображение ее поэтики. Настолько, что даже просится на язык древняя, приведенная еще Плутархом, максима моряков, гласящая, что navigare necesse est, vivere non est necesse* — тем более, что жизнь как необходимость космической экзистенции в этих стихах, действительно, является вещью второстепенной, и следует признать правоту Анджея Стасюка, который начинает свое послесловие к сборнику следующим утверждением: «Безлюдна эта поэзия». Но если принять это утверждение, принципиальным становится вопрос идентичности того, кто говорит: «Учит меня смола молодых сосен (…), учит меня небо (…). Учит меня свет (…). Учит туча дня». Это обучение — о чем мы узнаем из пуэнты стихотворения — «бестревожности».

С самого своего дебюта в 1992 году — сборник «Sacra conversacione» — Келяр вводит читателя в пространство холодного севера, полумрака, послеледникового пейзажа, скупости чувств. Так и сейчас:

Это подвижный лед в конце плейстоцена поставил здесьморенные холмы, что окружают дом с юга и запада.Пропахал желоб озера, в котором горит свет (…)Я собирала отколотые фрагменты: пятнистые диориты, граниты — розовые и серые,порфиры, сиениты и полосатые гнейсы с чешуйками минералов. Наше геологическоенаследство. На листе картона я составляла таблицу для урока географии.(«Камни и стихи»)

Сила геологического времени, в сравнении с которым время человеческого существования становится лишь мгновением, кажется, преобладает в той перспективе, с которой рассказчица наблюдает ход событий, и в которой смерть становится эпизодическим происшествием, как в стихотворении «Соединения» «Я разговариваю с тобой, хотя тебя нет./ Говорю с без-начала, как всегда». То, что случилось, продолжается:

Рядом друг с другом уже тысячу лет –мы срастаемся, словно побеги ветвей, чтобы возниклаживая связь.(«Любовники»)

Еще в этом повествовании есть что-то, что я определил бы как его прозрачность, ледяную стерильность и холодное свечение — впрочем, свет часто появляется в этих стихах, он является важным компонентом пространства: «небо — освобожденное от себя — / пышет светом» («Мимикрия»).

Смерть, любовь и поэзия — это стихии, которые представляют собой движущую силу, определяющую состояние человека и одновременно способную противостоять бессмысленному существованию, как в «Любовниках»: «Умрут наши боги. (…) Говорить будет молчание». Это благодаря поэзии «у всего только одно имя: Есть» и, уже в другом стихотворении:

Достаточно, чтобы слова стихов были, как вода, отражающая в себе всё, что есть.Всё, что уходит, чтобы не пробудитьсяв чем-то большем.

И ничто не окончено, стихи тоже. Ведь Келяр не отказывается от «традиционной» записи — она последовательно пользуется знаками препинания, ставит точки в конце предложений. Но — и об этом можно написать небольшое эссе — последовательно не ставит точек в конце стихотворения.

 

* Плыть необходимо, жить нет необходимости — Примеч. пер.