Новая Польша 12/2017

Экономическая жизнь

Официально объявлено, что Польша откажется от доступа к гибкой кредитной линии Международного валютного фонда. Линия работала с 2009 года как страховой полис на время финансового кризиса, во время которого невозможно было бы финансировать бюджетные затраты посредством эмиссии облигаций. Линия никогда не была использована. Во время годичной сессии Международного валютного фонда и Всемирного банка заместитель премьер-министра Матеуш Моравецкий объявил, что этот год последний, в котором Польша могла бы пользоваться линией. Как сообщает «Газета выборча», вице-премьер Моравецкий принял решение об отказе после анализа налоговых данных, макроэкономических параметров, после анализа валютных резервов Центрального банка. Состояние экономики очень хорошее, — заявил М.Моравецкий, — безработица рекордно низкая (6,7%), все новые финансовые институции прогнозируют рост. Согласно МВФ, рост в нынешнем году составит 3,8%, по оценке рейтингового агентства S&P — 4,2%, а по подсчетам Moody’s — 4,3%.

В текущем году польский экспорт может вырасти на 10,4%, т.е. до 196 млрд евро. Такой прогноз дает польская Корпорация страхования экспортных кредитов KUKE. А в следующем году экспорт может достичь 212 млрд евро. Для поддержания высокого темпа роста необходима бóльшая дифференциация направлений сбыта. Корпорация KUKE подготовила для газеты «Жечпосполита» список из десяти стран, в которых польские фирмы имеют шансы продавать намного больше, чем сегодня. Польские экспортеры сосредотачиваются на Европейском союзе: он близок, с ним уже сложились экономические контакты, здесь можно чувствовать себя безопасно. В то же время можно покорить еще немалую часть мира, полагает Петр Срочинский, главный экономист KUKE. Шансы на увеличение экспорта имеются, например, в Японии и США, Скандинавии, а также у восточных соседей Польши. В Азии это Иран и Индия, в Африке — Кения и ЮАР. При этом каждый из рынков может быть для польских фирм привлекательным по-своему. В Беларуси и Украине привлекают невысокие издержки на логистику, здесь хорошее мнение о польских изделиях, легко налаживается сотрудничество. В Норвегии проживает немало поляков, которые могут составить значительную часть покупателей польских товаров. Аналогичная картина в Швеции, где вдобавок существуют широкие возможности для кооперации в сфере производства. В Иране отмена международных санкций породила огромные инвестиционные запросы. А козырь Индии — это гигантский ранок сбыта, быстрый рост спроса и стремление войти в число главных игроков глобальной экономики.
По данным Польского агентства развития предпринимательства, экспортом занимаются 3% микропредприятий, 30% малых и 46% средних предприятий. В росте экспорта наибольшую роль сыграли крупные фирмы, на которые приходится две трети продаж польских товаров за рубежом, однако менее крупные развивают экспортную деятельность быстрее. Все это не значит, что фирмы подходят к экспортной экспансии без опасений. Чаще всего беспокойство вызывают такие факторы как возможность попасть на недобросовестного контрагента, непредсказуемое изменение валютного курса и снижение ликвидности. Проблемы, на которые указывают предприятия, разнятся также в зависимости от отрасли, конкретного рынка и региона Польши, в котором проводился опрос. На границе с Чехией или Германией, где уже много лет развивается приграничная торговля, опасения те же, что на внутреннем рынке: неплатежеспособность партнера, отсутствие средств на финансирование деятельности. Ели же речь идет о совсем новых и недостаточно изученных рынках, то малые фирмы наибольшую опасность видят в экономических и политических рисках или неожиданном изменении валютного курса.

Польские рыбаки словили в минувшем году на четверть меньше трески, снизился также улов кильки. Поляки по-прежнему потребляют примерно то же количество рыбы, однако рыболовная отрасль развивается благодаря экспорту. По данным Института сельского хозяйства и пищевой промышленности, которые приводит газета «Жечпосполита», заграничная торговля побила в минувшем году рекорд, на что повлияли также высокие мировые цены на рыбу. Экспорт вырос в физическом выражении на 8%, до 476 тыс. тонн, а в денежном — на 13,5%, до 1,8 млрд евро. Польские производители рыбной продукции, прежде чем выпустить ее в мир, бóльшую часть сырья приобретают за рубежом: в Ирландии, Норвегии, Канаде. Приобретают сырье, облагораживают его и продают дороже. Часто за границу, преимущественно в Германию, но также и на более отдаленные рынки — в США и Канаду. В вывозе пищевой продукции рыбный экспорт — одна из наиболее динамично развивающихся позиций. В прошлом году он вырос на 12,8%. В прежние годы на рыбу приходилось не более 7% общего экспорта пищевой продукции. Сами поляки рыбой не слишком увлечены: годовое потребление на единицу населения составляет од 12 до 13 кг. По мнению экспертов, польская рыбопеработка может стать базой для европейских рынков, а конкуренты из балтийских стран многое потеряли из-за введенного Россией эмбарго.

В 2017 году сельским хозяйством живут 10,5% поляков, тогда как в 1989 году этот показатель составлял 18%. Как пишет Кристина Нашковская в «Газете выборчей», виден масштаб перемен, какие произошли за это время в польской деревне. Село в большей мере, чем город, ощутило перемены, произошедшие в стране после 1989 года. В рамках Общеевропейской сельскохозяйственной политики Польша в 2004–2015 годах получила 39 млрд евро, преимущественно на дотации производству и развитие сельских территорий. Главная доля этих средств досталась самым крупным хозяйствам, что дополнительно ускорило поляризацию крестьянства. Здесь сработал эффект масштаба: чем крупнее хозяйство, тем больше получало дотаций, и тем легче могло инвестировать в дальнейшее развитие. Малые хозяйства расценили «доплаты на гектар» как социальное пособие, позволяющее выжить, но не инвестировать в развитие. В результате, хотя доплаты получают в Польше 1,35 млн хозяйств, не более 300 тыс. из них живут сельским трудом. По мнению многих экспертов, в следующие годы «социальные» хозяйства будут по-прежнему содержать свои мелкие фермы для получения доплат, а самые крупные будут развиваться за счет средних, с наделом около 30 гектаров. Средние хозяйства сейчас находятся в самой сложной ситуации: они уже отошли от «социальной» модели, но еще не способны инвестировать в развитие.

Адам Пстронговский с юных лет изготовлял серьги и брошки из янтаря. В возрасте девятнадцати лет он зарегистрировал в Гдыне фирму «Silver&Amber» (S&A). Со времени того скромного дебюта прошло 25 лет. Сегодня в фирме работает 130 человек. Недавно бижутерия S&A попала в британскую королевскую семью: янтарное колье приобрела принцесса Кэт, а принц Уильям купил запонки. Прежде чем изготовить колье для принцессы, дизайнеры изучили 300 ее фотографий. Доставшиеся принцу запонки уже произвели фурор: на модель из золота 750-й пробы, украшенную янтарем, сыплются заказы из многих стран, в том числе из Бахрейна. Первые зарубежные продажи изделий S&A были в Скандинавии и Греции. Сегодня фирма присутствует во всей Европе, США и Азии. В ближайшем будущем она намеревается завоевать ближневосточный рынок. Совершенно очарованы «золотом Балтики» в Китае. Бижутерию с логотипом гдынской фирмы носят, в частности, жены высокопоставленных политиков. «В китайской культуре янтарь — это святой камень Будды», — сказал Адам Пстронговский в газетном интервью. В Китае действуют уже больше ста магазинов под вывеской «S&A». Фирма присутствует также в Монголии и Казахстане.


Е.Р.