Новая Польша 12/2018

«Куры» и стихия пародии


90-е годы XX века стали для польской музыки временем динамичного развития музыкального рынка и его последовательной коммерциализации. Это время, когда творчество таких суперпопулярных групп 70-х и 80-х годов, как «Будка суфлера», «Леди панк», «Perfect» и «Маанам», стало приносить прибыль. Огромный успех благодаря своему дебютному альбому «Fire» снискала в 1993 году группа «Хей», исполнявшая музыку, вдохновленную стилем гранж (чьи золотые денечки к тому времени уже были позади). Но милее всего сердцам большинства среднестатистических поляков оказалась так называемая «тротуарная» музыка (продавали ее в основном с импровизированных лотков, установленных прямо на тротуарах – отсюда и название) в стиле диско-поло. Телепрограмма «Диско-релакс» на канале «Польсат», передававшаяся по утрам каждое воскресенье, сделала звездой диско-поло певицу Шаззу с довольно банальными текстами песен вроде «Все, что хочешь, возьми. / Бери, не вопрос – / даже дождь, черт возьми, / даже ветер с волос». Огромной популярностью пользовались имевшие сексуальный подтекст песни группы «Top One» («Соседка» и «Потеряла невинность, а что»). Творчество серьезных групп оказалось в андеграунде, а на смену идеологической цензуре пришла цензура рыночная. Если в 80-е годы трудно было издать альбом, содержащий критику тогдашней политической системы, то в 90-е годы никаких проблем с этим не было. В то же время группам-дебютантам, игравшим более оригинальную музыку, приходилось пробивать стену лбом, чтобы достучаться до слушателей. Несмотря на большой художественный потенциал, такие группы, как «Kinsky» и «Kobong» не могли обрести широкую публику и в результате распадались. В 90-е годы также пышным цветом расцвело пиратство (его тогдашние масштабы несопоставимы даже с эпохой интернета), которое не позволяло достойно жить группам, игравшим серьезную, утонченную музыку.
Рышард «Тымон» Тыманский – одна из звезд польской музыки в стиле «ясс», соединившей джазовые музыкальные традиции с роком. Он стал также популярен как мастер перформанса благодаря своей деятельности в группе «Тотарт». Группа «Куры», появившаяся в 1993 году, была очередным этапом его сценической активности. Дебютировав в 1984 году в группе «Sni Sredsvom Za Uklanianie» (это название, позаимствованное из хорватского языка, придумали для того, чтобы его невозможно было скандировать) певец и композитор Тыманский оказался в группе «Милосць». Ранее вместе с Павлом «Коньо» Коннакем, Артуром «Кудлатым» Коздровским и Збигневом Сайногем он состоял в группе «Тотарт». Смена политического строя и революция в масс-медиа оказались благодатной почвой для такой деятельности. Среди групп с сатирической жилкой пальма первенства принадлежала группам «Белье» и «Биг Титс». Их творчество, а также достижения групп «Казик вживую» и «Культ» плюс сольные работы Казика Сташевского стали важнейшими событиями десятилетия, отраженными в кривом зеркале.
В 1995 году вышел первый альбом группы «Куры», в записи которого принимали участие Тымон Тыманский, Петр Павляк, жена Тымона – Анита Ласоцкая и барабанщик Яцек Ольтер, игравший также в «Милосци». Альбом «Kablox-Niesłyna Histaria» радикально отличался от всего, что тогда появлалось на музыкальном рынке, в нем не было ни грамма коммерческого потенциала, зато он свидетельствовал о большом творческом потенциале группы. Однако к более широкому кругу слушателей группе «Куры» удалось пробиться только в 1998 году. Вместе со своим приятелем из Тригорода – Олафом Деригласовом, лидером панк-группы «Дети капитана Клосса» – Тыманский решил пойти дальше. Сначала как дуэт «Счетоводы», а затем уже под вывеской «Куры» вместе со знакомыми музыкантами они решили записать лучший в мире альбом.
Альбом был задуман как сборник записей неизвестных, на ходу придуманных групп. Их названия указаны на обложке («The Пидорз», «Папамобиль», «Счетоводы», «Черная волга», «Фазефака», «Триглав», «Ганимедз Бой Бэнд», «Гранястополус», а также «Полковник Калита» и «Благодарность), но все это все те же «Куры», просто в изрядно расширенном составе. И хотя название альбома «P.o.l.o.v.i.r.u.s» однозначно отсылает к упомянутому диско-поло, содержание альбома очень далеко от примитивного творчества «тротуарных» групп. Эклектичный характер альбома с фри-джазовыми фрагментами и роковым звучанием были бы предвестьем очень серьезного высокого искусства, если бы не использование этих утонченных форм для хулиганской издевки над всем, что происходило тогда в популярной музыке.
С момента выхода альбома «P.o.l.o.v.i.r.u.s» прошло двадцать лет. Однако и сегодня альбом не теряет своей актуальности. Одна из причин этого – укрепление позиций диско-поло на музыкальном рынке благодаря появлению телевизионного канала «Polo TV». Еще одна – деградация музыкального образования в общеобразовательных школах. А это пластинка, уже ставшая культовой, знакомит слушателя со множеством музыкальных жанров и мод.
Нужен летний хит на каникулы? Пожалуйста – песня «У меня воняет изо рта». А рядом – «Сатана», пастиш христианской музыки, автоироническое высокое искусство – «Мой джаз», антирежимный протестный шлягер в стиле Боба Марли – «Без яиц», политически ангажированое искусство – «Идеалы августа», произведение, выражающее экзистенциальные противоречия, идущие рука об руку с понижением температуры до минус десяти, порывами ветра и падающими с деревьев листьями – «Осенний депресняк», техно – «Не переживай, Януш».
По мнению «Кур», успех борьбы с Вавилоном заключается в том, чтобы лишиться яиц, поскольку «яйца мешают женщине, яйца оскорбляют мужчину, / пророки их отрезали, заливая раны горячим маслом. / В Вавилоне измена, тут нужно иметь яйца, / а яйца разжигают страсти и провоцируют войны. / Ай-ай-ай, скажи яйцам „прощай”, / ой-ой-ой, зачем мне хой». Этот гимн в стиле регги, представляющий из себя весьма искусную пародию на песни протеста, западает в память и эмоционально вовлекает слушателя.
Идеалам августа, неоднократно замаранным политиками всех мастей, достается и от «Кур»: «не забудем мы о саблях и лошадках, / об уланах, эполетах, шоколадках, / о Батории в седле и о бронзовом белье, / и о птицах-небылицах матери своей / не забудем мы погибшую куницу / не забудем мы о потрохах печальных / не забудь, что ты поляк – кричи об этом / будь патриотом и отличный делай мед». И припев: «мамка, мамка, мамка / чти идеалы августа / мамка, тетка, бабка, Польша / Солидарность, Солигадость, Солимерзость».
Когда наступило лето, «Куры» предложили, чтобы каждая радиостанция как минимум несколько раз в день в прайм-тайм ставила их хит с мелодией в стиле диско-поло под названием «У меня воняет изо рта»: «Лето, лето, дискотек огни, вонь бензина, оводы-слепни, / лето, лето, острые клыки, мы в эфире, словно мотыльки. / Лето, лето, вши едят шашлык, пот и слезы закипают вмиг, / лето, лето, завывают псы, притупилось жало у осы».
Следующие два альбома «Концерт в „Форели”» и «Сто лет андеграунда», очередные музыкальные эфемериды, не оставили такого следа в истории, как их предшественник. 6 января 2001 года Яцек Ольтер покончил жизнь самоубийством, и с его смертью группа «Куры» прекратила свое существование.
Универсальная пародия, которой является альбом «P.o.l.o.v.i.r.u.s», носит многомерный характер. Во-первых, она иллюстрирует особенности различных музыкальных жанров, во-вторых, ставит под вопрос ценность искусства как такового, в-третьих, выражает сомнение в литературности текстов песен. Благодаря этим трем уровням пародии, с которыми имеют дело слушатели «Кур», творчество «Кур», несмотря на прошедшие годы, остается актуальным и универсальным. Музыканты задают философские вопросы о смысле жизни, сопровождая их простецкими мелодиями, пронизанными изысканными джазовыми вкраплениями. В активе создателей альбома «P.o.l.o.v.i.r.u.s» много важных пластинок и серьезных проектов. Перед записью альбома «P.o.l.o.v.i.r.u.s» Тыманский совершил концертный тур с группой «Милосць», в котором с группой играл Лестер Боуи – звезда джазовой музыки, член легендарного коллектива «Art. Ensamble of Chicago». «Куры» были коллективом, записывавшим удивительные альбомы в прямом значении этого слова, альбомы, над которыми не властно действие времени и для которых тесны узкие рамки жанра и интерпретационного контекста.

Перевод Игоря Белова