Новая Польша 7-8/2018

Украинское наследие парижской «Культуры»

Ныне в Польше мы наблюдаем все более углубляющийся кризис в польско-украинских отношениях. А потому книга «„Культура” — Украина. Влеченье к безнадежным делам. Украина в „Культуре” 1947–2000»*, представляющая собой подборку текстов, публиковавшихся в парижском журнале, а также в ежеквартальных сборниках «Зешиты хисторычне», издателем которых был руководимый Ежи Гедройцем Литературный институт, — это важная путеводная нить для решения спорных вопросов. Диалог, который в послевоенный период вели на страницах «Культуры» польские и украинские интеллектуалы, обращенный к историческим фактам и построенный на рациональной аргументации, был исключительным явлением, абсолютно контрастным в сравнении с сегодняшней манерой коммуникации поляков и украинцев, когда доминируют эмоции и хейт в интернете.

Прежде всего, тексты, составившие рецензируемую книгу (их более сорока), отличаются высоким уровнем эрудиции, публицистическим мастерством и культурой полемики. В соответствии с ситуацией на политической сцене, особой интенсивностью характеризуются польско-украинские дебаты в начале 50-х годов минувшего века, когда предполагалось начало Третьей мировой войны и, в ожидании краха СССР, обсуждалось будущее устройство Европы. Следующий блок текстов, 60–70-х годов, связан с возникновением демократической оппозиции на Украине и репрессиями, которым подверглись интеллектуалы. Заключительная группа текстов касается нового периода польско-украинских отношений в 90-е годы.

Отношения Польши и Украины характеризуются определенной цикличностью. После этапа оптимистичного сотрудничества и реализации концепции Гедройца наступило время, когда действительность начинает с обеих сторон формироваться националистами. Готовя книгу к печати, Богумила Бердыховская уделила внимание тому, чтобы представленная подборка текстов явилась отражением «украинской» стратегии редактора «Культуры», основанной на признании национальной самобытности украинцев, нерушимости границ и построении партнерских отношений между Польшей и Украиной как независимыми государствами. Одним из самых боевитых авторов в «Страсти к безнадежным делам…» следует, безусловно, признать Юзефа Лободовского. Помещенный в книге текст его авторства «Против упырей прошлого» — это продолжение полемики, вызванной предшествовавшей его статьей «Между Мушальским и Заглобой»*, опубликованной в лондонских «Вядомосцях» в 1951 году.

Отвечая консервативным публицистам, попрекающим его тем, что он слишком легко прощает украинцев и не разделяет притязания на «польский» Львов, Лободовский представляет свое видение будущего в тех категориях, которые сегодня приняты в Европейском Союзе. Так, он предлагает отказаться от определений «Восточная Малопольша» или «Галичина» в пользу нейтрального названия «Червинская земля», которая была бы двуязычным польско-украинским регионом. Лободовский глубоко анализирует сформированные стереотипами комплексы поляков и украинцев в отношениях друг к другу, призывает к единению и прощению в духе христианства (не только в очерке, но также и в сопровождающей его поэме «Постскриптум в рифму»).

Оригинальную форму избрал Ежи Яжембовский, спрашивая в 1989 году мнение американских профессоров украинского происхождения (Романа Шпорлюка, Петра Вандыча, Фрэнка Сысына) касательно возрождения украинского национального движения, но при возможности затрагивая и трудные вопросы, относящиеся, например, к трагическим событиям на Волыни, Украинской повстанческой армии и дивизии СС «Галичина», ставя тем самым своих собеседников в весьма затруднительное положение. Я думаю, что уже и в те оптимистические времена люди круга парижской «Культуры» в полной мере отдавали себе отчет о болезнях, таящихся на дне «польской души», и обозначали необходимость начать польско-украинский диалог именно с трудных, неудобных тем.

Необычайно интересным представляется блок текстов об украинской литературе, открывающих многочисленные ее «белые пятна». Прежде всего, следовало бы отметить очерки Миколы Хлобенко (под псевдонимом М. Слобожанин) и Юрия Шевелева (псевдоним Юрий Шерех) — харьковчан, эмигрировавших из СССР после Второй мировой войны. Они пишут об изничтожении Сталиным украинской науки, культуры и литературы с точки зрения живых свидетелей. Эти тексты обогащают наши знания о киевских неоклассицистах или харьковских пролетарских писателях, а также об их трагической судьбе.

Совершенно исключительным кажется очерк Юрия Лавриненко «Литература пограничных состояний», представляющий собой попытку перенесения на украинскую почву категорий личной позиции по отношению к коммунизму из «Порабощенного разума» Чеслава Милоша. Хотелось бы привести заголовки разделов очерка: «Павло Тычина, или Игра с дьяволом», «Микола Хвылевой, или Смерть, преодоленная смертью», «Теодозий Осьмачка, или Слабость как последний побег». Текст сопровождает «Комментарий переводчика» Густава Герлинга-Грудзинского, который, заметим, критически относился к концепции Милоша.

«Культура» много места уделила украинской советской литературе, верно полагая, что даже из-под бетонного саркофага соцреализма могут пробиваться ростки свободолюбивых стремлений. Симптоматичным, с этой точки зрения, стал роман Олеся Гончара «Собор», подробно рассматриваемый в очерке Ивана Кошеливеца «Парадоксы украинской действительности». Конечно, среди текстов о литературе не могло не оказаться очерка поэта Лободовского «Сцилла и Харибда украинской поэзии», в которых он вдумчиво интерпретирует произведения киевских неоклассицистов — Павло Тычины, Максима Рыльского, Миколы Бажана, а также современных украинских эмигрантских поэтов, иллюстрируя выводы собственными переводами украинской поэзии. 

Украинская литературная критика не принадлежит к известным явлениям, поэтому стóит прочесть очерк того же Лободовского «Суд над умершим». Автор сравнивает московский процесс Синявского и Даниэля с подобными репрессиями в отношении критиков Ивана Дзюбы и Ивана Свитлычного в Киеве, обвиненных в «контрабанде» на Запад стихов Василя Симоненко. Столь же интересен обзор Анджея Винценза, касающийся советской украинской литературы 60-х годов, в которой, по мнению автора, сказывается заинтересованность идущими с Запада философскими и литературными веяниями. Особенно высоко автор ставит творчество Лины Костенко и Ивана Драча, продолжающих, по оценке критика, традиции «расстрелянного возрождения».

Книга содержит также ряд ценных сведений о журнальной периодике украинской эмиграции, — я имею в виду обзоры журналов «Сучаснiсть» («Современность») и «Вiднова» («Обновление»). Особенно ценна, с сегодняшней точки зрения, информация о преследованиях украинской демократической оппозиции в 70–80-х годах. В книге мы находим списки имен с данными о профессии, увольнениях с работы, приговорах украинским диссидентам. Еще один важный документ — «Декларация по украинскому вопросу», призывающая к более тесным контактам между российскими и украинскими группами сопротивления, подписанная, в частности, членами редакции «Культуры», а также российскими интеллектуалами — Натальей Горбаневской, Виктором Некрасовым, Владимиром Максимовым и Владимиром Буковским.