Новая Польша 3/2016

Александру Солженицыну открытое письмо

Ян Новак-Езёранский. Фото: East News

Представляем документ особого значения. Это открытое письмо Яна Новака-Езёранского (1915–2005), легендарного эмиссара Главного командования Армии Крайовой на маршруте Варшава-Лондон, основателя и руководителя польской редакции «Радио Свободная Европа» (1951–1976). Петербургское издательство «Когита» в феврале этого года выпустило сборник его публицистики последних лет жизни «Восточные размышления». К сожалению, в результате чьего-то чрезмерного усердия, тираж бумажной версии временно недоступен для читателей. Книгу, однако, можно читать на сайте: cogita.ru.

 

[апрель 1976]

Прежде всего, позвольте представиться. В течение двадцати четырех лет я был руководителем польского вещания «Радио Свободная Европа». Я покинул этот пост полтора года тому назад, руководствуясь мотивами, о которых скажу позже.

В наших польских программах многие годы почти ежедневно повторялась Ваша фамилия, а все, что вышло из-под Вашего пера, точно повторялось на польском языке и принималось миллионами моих соотечественников, которые, слушая нас, с затаенным дыханием следили за Вашей судьбой.

Мы были единственным отделом РСЕ, который — благодаря помощи Ежи Гедройца, редактора парижского ежемесячника «Культура» — полностью, день за днем, в пятнадцатиминутных отрывках передал Вашу горькую эпопею человеческого мученичества — «Архипелаг ГУЛАГ», не опустив в ней ни одного слова, ни запятой.

И не будет преувеличением сказать, что, благодаря «Культуре» и радиостанции «Свободная Европа», никто из русских в истории польского народа не был окружен таким восхищением, уважением и симпатией, как Вы сегодня в Польше.

Именно поэтому я благодарен Вам как человек, как поляк и как бывший руководитель радиостанции, вещающей на Польшу. Ведь Вы помогли нам перебросить первый мостик над пропастью, которую вырыли между двумя нашими народами преступные разделы Польши и столетняя неволя, нападение на нашу страну в сговоре с Гитлером в 1939 году, массовые депортации нашего населения в лагеря и тюрьмы, уничтожение наших пленных, цвета польской интеллигенции, в Катыни и других неизвестных местах казней, трагедия Варшавского восстания, а также принесенный на штыках Красной Армии строй, который — отняв у нас свободу и независимость — лишил польский народ плодов победы над Гитлером.

Все эти бедствия до сих пор связывались в польском сознании с Россией и русскими. И только Вы показали полякам, украинцам, чехам, словакам и другим порабощенным народам Восточной Европы, что существует ДРУГАЯ Россия, которая страдает так же, как страдают они, Россия, которая тоже стала жертвой страшных преступлений и бедствий. И что есть ДРУГИЕ русские — такие, как Вы — не враги, но наши союзники и товарищи по несчастью.

Красный тоталитаризм, который — как Вы справедливо утверждаете — ничем в моральном смысле не отличается от коричневого, правит, опираясь на запугивание своих подданных, порабощение их разума и разжигание среди них взаимных национальных, религиозных, классовых и расовых антагонизмов. Поляков натравливают на украинцев, христиан на евреев, крестьян и рабочих на интеллигенцию. А Вы вынесли из лагерей чувство солидарности и единения людей, связанных общим страданием, и стали апостолом единственного завета, который может принести спасение: союза всех людей, порабощенных советским строем, невзирая на их национальность, вероисповедание, происхождение или профессию. Вы проявили героическую смелость не только тогда, когда находились в досягаемости КГБ, но и позже, когда говорили Западу горькую, досадную, непопулярную правду, предостерегая перед судьбой, которую готовят себе народы, утратившие волю к борьбе и готовность к жертвам ради защиты самих себя, либо желающие окупить иллюзию своей безопасности и собственную свободу ценой несвободы других.

Не сомневаюсь, что Вы еще не раз возьмете слово, отвечая критикам, обвиняющим Вас в том, что Вам хотелось бы подтолкнуть мир к ядерной катастрофе, ибо до сих пор Вы не указали способа спасти западные демократии, не прибегая к войне.

Подразумевая именно Ваши будущие выступления, я направляю Вам это открытое письмо, которое одновременно является призывом к помощи. Помощи не мне, а тем, кто Вам наиболее близок, и к кому принадлежите Вы сами.

Конечно, Вы полностью осознаёте значение западного радио для правозащитного движения в Советском Союзе и других странах под властью тотальной коммунистической диктатуры. Для нескольких сот миллионов человек, живущих в коммунистическом блоке, западное радио — единственный источник информации и мнений, а также единственное средство связи с внешним миром. Но для немногочисленной группы диссидентов Би-Би-Си, «Голос Америки», «Немецкая волна», а прежде всего «Радио Свобода» и «Радио Свободная Европа» — это, к тому же, приводной ремень между ними и широкими массами граждан в их собственной стране.

Без этого средства информации широкой общественности было бы совершенно неизвестно об их выступлениях, смелости и самоотверженности. Огласка, которой западными средствами массовой информации предаются репрессии, преследования, направленные против борцов за права человека, представляет собой их единственную защиту перед органами принуждения и террора.

Как Вам известно, Конгресс США, американская пресса и общественное мнение подавляющим большинством отвергли в 1973 г. предложение сенатора Фулбрайта закрыть «Радио Свобода» и «Радио Свободная Европа» как «пережитки холодной войны», однако оказалось, что сенатор Фулбрайт был не единственным приверженцем этой точки зрения.

История обеих радиостанций в 1971-1976 гг. стала — несмотря на многочисленные отрицания и публичные заявления — точным отражением позорной доктрины Зонненфельдта[1]. Под фальшивым предлогом экономии денег американского налогоплательщика, персонал обеих станций был сокращен почти на треть. Команду редакторов только польского вещания урезали на 40%. С одной стороны, были введены высокие премии для тех, кто соглашался уйти до достижения пенсионного возраста, с другой — герметично заблокирован приток новых сил, что приговорило обе радиостанции к постепенному увяданию и лишило их будущего. Массовое увольнение людей, ежегодно повторяемое все новыми волнами, привело к деморализации и подрыву идейного духа сотрудников, глубоко подавленных и живущих в постоянном страхе о завтрашнем дне. Бесконечное выдвижение новых проектов реорганизации, слияния, идеи о переносе радиостанций на территорию США, то есть далеко от стран, проблемами которых они должны каждодневно жить, борьба, которую вел вызванный Конгрессом к жизни Комитет по международному радиовещанию за то, чтобы отобрать у обеих радиостанций автономию, защищавшую их от вмешательства дипломатов и правительственной бюрократии — все это вместе лишило эти инструменты условий стабильности и спокойствия, необходимого для всякой творческой работы.

Одновременно, во имя экономии и из-за отсутствия средств, в течение ряда лет отклонялись требования увеличить мощность и модернизировать устаревшие и слабые передатчики, датируемые, по большей части, 1951 годом. В то же время Советский Союз и страны коммунистического блока швыряли сотни миллионов долларов на эффективное глушение западных радиостанций, а также наращивание мощности собственных антенн и зарубежного вещания — открытого и подрывного.

Принятые Комитетом по международному радиовещанию политические директивы, обнародованные в отчете за 1976 г., являются ярким примером морального дуализма эры Киссинджера* — Зонненфельдта*. Тогда как в предисловии «Радио Свобода» и «Радио Свободная Европа» были определены как «независимые радиостанции», которые должны заменять слушателям свободную прессу и радио, вторая часть директив представляет собой длинный список запретов и ограничений, находящихся в явном противоречии со свободой слова и правом наций на самоопределение.

Среди прочего, самиздатовские журналы должны подвергаться «тщательному изучению», прежде чем их можно будет распространять по радиоволнам.

Чувствуя свое бессилие перед постепенным демонтажем инструмента, которому я посвятил бо́льшую часть своей зрелой жизни, я покинул свой пост с 1 января 1976 года.

Перелом произошел только теперь — в момент, когда президент Картер на первый план своей программы выдвинул вопрос защиты прав человека, порвав, таким образом, с двойной моралью своих предшественников. Это нашло свое немедленное выражение и в отношении к радиостанциям «Голос Америки», «Радио Свободная Европа» и «Радио Свобода». В публичном заявлении президент США повысил их ранг, назвав важнейшими инструментами американской внешней политики. Обещание удвоить мощность антенн всех трех радиостанций позволяет питать надежду, что их голос преодолеет глушение и будет достигать миллионов Ваших соотечественников, а также их товарищей по несчастью в странах Восточной Европы.

Однако программа президента Картера может быть реализована и найти последователей в таких странах, как Великобритания, Западная Германия и Франция, только если встретит поддержку широкого общественного мнения в США и во всем западном мире.

Вы были бескомпромиссны в своей смелой и уничтожающей критике политики Запада по отношению к советскому тоталитаризму. Сегодня я призываю Вас бросить на чашу весов свой значимый голос, потребовав полностью использовать те возможности, которые создает сейчас техническая революция в области средств массовой информации.

Наверное, никто лучше Вас не осознает стратегическое значение этого требования. Если бы западные радиостанции начали передавать программы на Россию не в 1946, а в 1918 году — стало бы невозможным тотальное порабощение сознания целого поколения, родившегося в СССР в межвоенный период и выросшего в условиях герметичной изоляции от внешнего мира. Везде, где голос западного радио, преодолевая глушение, достигает слушателя, смысл цензуры теряется. Ведь повернув ручку радиоприемника, каждый может узнать обо всем, что пытается скрыть от него власть. А правящая бюрократия вполне отдает себе отчет, что тоталитарный строй не продержится долго без эффективно действующей цензуры, обеспечивающей монополию на информацию, пропаганду и воспитание.

Кремлевская олигархия, объявив Западу идеологическую войну, открыто провозглашает, что на этом пути — без применения оружия — она будет стремиться одержать верх над западными демократиями и добиться глобальной победы. Одной из первоочередных целей этого наступления с самого начало было выбить из рук противника то орудие, которым является радио, а в будущем станет спутниковое телевидение. Это понял президент Картер.

Зато не понимают значения этого орудия люди Запада, привыкшие к тому, что радио и телевизор — это лишь поставщики развлечений. Однако Вы, как великий писатель, наверняка цените значение слова в качестве носителя мыслей и идей.

«В начале было слово». У Христа не было иного оружия, помимо слова, которое, распространяемое и повторяемое из уст в уста Его учениками, победило тогдашний языческий мир. Благодаря слову целые народы покорялись создателям религиозных учений, мыслителям, философам, писателям, отцам новых идей, которые увлекали за собой приверженцев, высвобождали мощные ресурсы человеческой энергии, пробуждали готовность к безграничному самопожертвованию и подвигу, вооружали одних и обезоруживали других.

Западный мир, купающийся в благосостоянии и комфортной жизни, прельщенный материальной мощью современных вооружений и средств уничтожения, не только утратил веру в какую-либо идею, но и забыл о значении слова как носителя человеческих мыслей. Но у него еще осталась свобода, выражающаяся в свободном столкновении различных, зачастую противоположных, взглядов. Независимое свободное радио, а в будущем спутниковое телевидение, являются как бы проекционным аппаратом, способным перенести образ свободы, обладающий большой притягательной силой, на экраны человеческого сознания от Эльбы до самой Камчатки.

Не будет никакого толку от астрономических сумм в миллиарды долларов, предназначенных на производство современнейших средств уничтожения, если их применение означает массовое самоубийство, а единственной альтернативой может быть лишь постепенная капитуляция — сдача без выстрела одной позиции за другой. Сама техническая и материальная мощь может оказывать разоружающее воздействие, создавая ложное ощущение безопасности так, как линия Мажино морально разоружила французов перед 1939 г.

Вооружения, необходимые в момент нарастания угрозы, сами по себе не дают ответа на вопрос, как Запад хочет защититься и одержать победу в идеологической конфронтации с советским тоталитаризмом.

Поэтому поднимите еще раз свой голос, чтобы указать направление контрнаступления. Этот голос вызывает сопротивление тех, у кого он нарушает блаженный покой или отнимает моральное алиби, но к каждой Вашей мысли внимательно прислушивается весь мир. Напомните, что направлением идеологического контрнаступления может быть только воздействие с помощью слова на умы людей, живущих в этом большом лагере, имя которому «Блок социалистических стран». Речь идет о слове, которое не подстрекает к насилию, а — указывая на свободу — освобождает порабощенный разум, побуждает к самостоятельному мышлению, помогает людям преодолеть паралич страха, лишая существование цензуры смысла и резона, делая невозможным промывание мозгов и становясь рычагом перемен. Покажите западному общественному мнению, что на этом пути можно увидеть свет надежды на спасение и победу, не прибегая к войне и ядерному харакири.

Технический прогресс окрылил слово как носитель мыслей, идей и информации. С каждым днем приближается эра спутникового телевидения, которое позволит рабочему или крестьянину, живущему в самом глухом колхозе, собственными глазами увидеть условия жизни при свободном строе. Нужно лишь сосредоточить соответствующие финансовые средства и признать право первенства, чтобы ускорить включение международного телевидения в арсенал идеологической борьбы.

Присутствие на Западе многочисленных диссидентов во главе с Вами впервые открывает перед «Радио Свобода» возможность заговорить столь сильным голосом, который оказал бы влияние на людей и достиг самых отдаленных уголков СССР.

Предостерегая западное общество, укажите ему также путь выхода и пробудите надежду, ибо без надежды нет воли к сопротивлению.

Заканчивая, прошу принять выражения глубокого восхищения, почтения и преданности.

Ян Новак

 

 

Публикация на польском языке: Я. Новак-Езёранский, Е. Гедройц. Письма 1952-1998. Выбор, обработка и предисловие Д. Платт. Вроцлав 2001.