Новая Польша 7-8/2016

Проза Деборы Фогель

Книгу госпожи Д. Фогель следует отнести к разряду экспериментов на окраинах ведущего течения мысли в работах современных авторов. Этот эксперимент заключается в подаче в некой сгущенной форме тех формальных элементов, которые изредка проскальзывают также в прозе других писателей, способных трансформировать определенные переживания, идеи, абстракции в конкретные чувственные формы, при помощи как обыкновенной метафоры, так и далеко идущих аналогий и парафраз. На мой взгляд, тайна этого алхимического тигля заключена в познании мира не-индивидуализированным образом, не зависящим от личностей и их одноразовых переживаний, вместо чего акценты расставлены на синтетических характерах различных явлений.

К примеру, для госпожи Фогель вид витрин в весенних сумерках будет всегда уравновешен сложным и многогранным переживанием, в котором трудно вычленить рациональное зерно определенного состояния, зато легко распознать среднее арифметическое опыта, касающегося всей жизни в целом. В этом и заключается метод автора; другой вопрос, добивается ли она над-личностной истины. Этот контрапункт воображения под пером автора насколько амбициозен, настолько же и капризен, и временами томится своей собственной односторонностью. Это правда, что жизнь и ее смыслы в искусстве не могут исчерпать цвет и геометрическая форма, при помощи эмоционального этикета, картона, клея и макияжа; в конце концов, все это дает в итоге не более чем кукол. Но в то же время нужно заметить, что автору безукоризненно хорошо известна та сфера явлений, которую она хотела описать, и она легко пользуется ее элементами, как пользуются ограниченным набором приемов в оформлении интерьера, с несомненным знанием правил, обязательных в изобразительном искусстве. Поэтому нет ничего удивительного в том, что для беллетристики ее коллажи немного «мертворожденные»; в данном случае «мертво» — не значит неинтересно, а значит то, что в их холодной игре воображения не найти повода для сопереживания.

Из трех произведений, а именно: «Цветочные с азалиями», «Цветет акация» и «Сооружение железнодорожной станции», — последнее грешит наименьшей произвольностью сопоставлений и обнаруживает привлекательные градации словесного материала по отношению к описываемой действительности. А нужно, чтобы этот подход был равномерным, целенаправленным, закрытым последней деталью в сооружении станции и сооружении произведения.

 

«Сигналы», 1 марта 1936 года, № 15

Debora Vogel. Akacje kwitną (montaże), „Rój”, 1936.