Догоним ли мы Западную Европу и когда?

Опережая западноевропейские страны в 3,5 раза по динамике роста, мы могли бы быстро сократить отставание от ЕС. Однако это маловероятно, так как темп роста для Европейского союза в целом будет выравниваться по мере интеграции.

Самый важный аспект хозяйственно-экономической конвергенции в рамках ЕС — это процесс выравнивания вверх уровня доходов в разных странах-членах. Часто мы задаем себе вопрос, может ли Польша догнать Западную Европу по уровню заработков и благосостояния, и когда же это произойдет. Ведь наша страна ради того и вступила в ЕС, чтобы повысить материальное благополучие и степень безопасности своих граждан, а также приблизиться к западным соседям по уровню жизни.
Происходящая в ЕС экономическая интеграция способствует выравниванию уровней развития разных стран и регионов, однако не обеспечивает непрерывности указанного процесса и не заменяет собственных усилий. Основополагающим условием конвергенции по доходам, иными словами, уменьшения разрыва в уровне жизни, отделяющего нас от более высокоразвитых и богатых стран, является быстрый экономический рост.

Прогнозы конвергенции
В международных сравнениях в качестве показателя уровня доходов чаще всего используется валовой внутренний продукт (ВВП) на душу населения, скорректированный с учетом покупательной способности. Этот показатель несовершенен, поскольку он недостаточно хорошо характеризует содержимое кармана среднего гражданина, но лучшего, увы, нет. В ЕС эталонной точкой отсчета служит обычно средний ВВП на душу населения по всем 28 странам (ЕС28=100). Раздел о конвергенции из принятого новым правительством партии «Право и справедливость» в феврале с. г. «Плана обеспечения ответственного развития», который был подготовлен вице-премьером Матеушем Моравецким, предусматривает, что в 2030 г. Польша достигнет ВВП на душу населения, равного его среднему значению для ЕС. Это будет нелегко.
В своих прогнозах я принимаю другую эталонную точку отсчета — средний ВВП на душу населения в так называемых «старых» странах ЕС. Ведь мы же хотим догнать те страны, которые богаче нас, а не только оказаться на равных со средним уровнем по всему ЕС. Новейшее имитационное моделирование я провел в трех вариантах. За исходную точку я принял существующий ныне в Польше уровень ВВП на душу населения по отношению к его среднему уровню в 15 «старых» странах Западной Европы (ЕС15=100). В 2015 г. показатель, подсчитанный таким образом, составил 63. Для сравнения: в 2005 г. он равнялся 43. Как мы видим, расстояние, отделяющее поляков от высокоразвитых стран ЕС, на протяжении истекшего десятилетия значительно сократилась, но перед нами еще долгий путь. Вопрос в следующем: можем ли мы рассчитывать на полное устранение этого разрыва по доходам, и когда это случится? Ответы будут разными в зависимости от того, какая дальнейшая экономическая динамика закладывается в расчеты.

Три различных сценария: оптимистический...
Начнем с самого оптимистического сценария. Будем исходить из того, что в обозримом будущем мы сумеем сохранить тот существовавший до сих пор перевес в динамике роста над старыми странами ЕС, которого наша страна достигла в период трансформации. В 1993-2015 гг. темп роста реального ВВП на душу населения в среднем за год составлял в Польше 4,2%, и это удивляло всю Европу, поскольку для ЕС15 указанный средний темп роста равнялся лишь 1,2% в год. Опережая западноевропейские страны в 3,5 раза по динамике роста, мы могли бы быстро сократить отставание. Если бы такой перевес удалось удержать, то разрыв по доходам в сравнении с Западом мы смогли бы преодолеть в течение 16 лет, то есть сразу после 2030 г.
К сожалению, это маловероятно, поскольку в долгосрочной перспективе нам, скорее всего, не удастся сохранить ни такого высокого темпа, ни такого большого преимущества в динамике роста. По мере успехов европейской интеграции темп экономического роста во всех странах Евросоюза станет выравниваться, приспосабливаясь к невысокой динамике трех главных его звеньев (Германии, Франции и Великобритании). В результате будет замедляться и темп конвергенции.

...умеренный...
Этот сценарий основывается на прогнозе роста до 2020 г., опубликованном Международным валютным фондом. Указанный прогноз предусматривает, что на протяжении ближайших пяти лет народное хозяйство Польши будет расти и развиваться в темпе около 3,6% в год — подобно тому, что происходит теперь, — тогда как Западная Европа ускорится до 1,6% в год. Если исходить из предположения, что эти показатели темпа демонстрируют целевую динамику, то можно вычислить длительность периода, необходимого для ликвидации разрыва в доходах. Этот период составляет 20 лет, следовательно, мы можем рассчитывать на выравнивание с Западом лишь в 2035 г. Разумеется, при условии, что нам удастся сохранить существующий ныне темп роста ВВП, а в этом нет уверенности.
Вывод, вытекающий из анализа обоих вышеприведенных сценариев, прост: если бы мы удержали существовавшую до сих пор или сегодняшнюю динамику экономического роста, то нам понадобилось бы, как минимум, 15-20 лет, чтобы сравняться с Западной Европой по уровню доходов среднего гражданина. Раньше нас разрыв в доходах смогут ликвидировать те страны нашего региона, которые ближе к западным стандартам заработной платы и социального обеспечения и/или развиваются быстрее, чем мы. Это Литва, Латвия и Эстония, а также Словакия и Чехия.
Таким образом, следует признать нереальными провозглашаемые с недавних пор отдельными экспертами и политиками мнения, что Польша в состоянии догнать Западную Европу даже за десять лет, если только мы проведем несколько мелких реформ, которые ускорят наш рост. Но это попросту невозможно — алгоритм конвергенции неумолим. Поэтому страна вынуждена смириться с тем фактом, что наверстывание исторически сложившихся отставаний в экономическом развитии и ликвидация разрыва по доходам, отделяющего нас от Запада, возможно, достижимы, но требуют более длительного времени и очень серьезных усилий. С другой стороны, нельзя исключить, что в будущем нас, равно как и остальные страны региона, ждет ослабление динамики роста, следствием чего станет затормаживание конвергенции либо даже ее поворот вспять. Именно таков по своему смысловому звучанию третий сценарий.

...и предостерегающий
Данный сценарий опирается на новейший долгосрочный (до 2060 г.) прогноз, разработанный под надзором и попечением Европейской комиссии. В основе этого прогноза лежит вдумчивый тщательный анализ неблагоприятных демографических трендов, а также тех изменений в динамике занятости и в производительности труда, которые с ними связаны. Этот прогноз предвидит, что, начиная с 2020 г., будет иметь место прогрессирующее замедление экономического роста Польши и других стран Центральной и Восточной Европы — главным образом в результате старения их населения, а также оттока молодых людей продуктивного возраста, выезжающих на Запад в поисках работы и лучших заработков. В соответствии с указанным прогнозом для Польши, темп роста ВВП на душу населения снизится с 3,5% в 2015 г. до 2,7% в 2020 г., 2,3% в 2030 г., 1,6% в 2040 г., 1,0% в 2050 г. и 1,2% в 2060 году. Тем временем в зоне евро этот темп будет вплоть до 2030 г. оставаться приблизительно на существующем ныне уровне 1,2%, а затем вырастет до 1,3% в 2040 г., до 1,5% в 2050 г. и 1,6% в 2060 году. В Западной Европе процессы старения населения будут протекать медленнее, нежели у нас, в связи с более высокой рождаемостью и значительным притоком молодых иммигрантов, а отрицательные последствия вышеназванных процессов для рынка труда будут смягчаться ростом производительности. Если предполагать, что темп роста в странах ЕС15 будет таким же, как в зоне евро (а в первом приближении это правильно), то поляков ожидает постепенное падение темпа конвергенции по доходам с Западной Европой. Хуже того, начиная с 2045 г. существовавшая ранее тенденция к конвергенции может полностью угаснуть и даже измениться на противоположную.
Если бы данный прогноз сбылся, то — при нынешнем показателе нашего ВВП на душу населения по отношению к ЕС15, который находится на уровне 63%, — Польша могла бы где-то около 2045 г. дойти максимум до 84%, но потом расстояние, отделяющее нас от Западной Европы, начало бы вновь расти. Короче говоря, вместо того, чтобы приближаться по уровню жизни к своим западным соседям, мы стали бы отдаляться от них.

Что делать
Будем надеяться, что этот мрачный сценарий, перечеркивающий возможность устранения разрыва в развитии и доходах при жизни одного поколения, не сбудется. Чтобы воспрепятствовать его реализации, необходимо срочно предпринять и затем тщательно выполнять многообразные действия самой разной направленности, нацеленные на преодоление угроз дальнейшему развитию нашей страны.
Польше необходима программа поддержки и ускорения экономического роста — в качестве основания всей текущей экономической политики государства. Такая программа должна сосредотачиваться на смягчении неблагоприятных демографических тенденций и торможении оттока молодых и образованных людей за рубеж, на улучшении институциональных и финансовых условий для предпринимательской деятельности, на стимулировании инвестиций, которые разгоняют производство и создают рабочие места. На более равномерном пространственно-территориальном развитии экономики, на становлении и росте современных отраслей промышленности, на расширении и модернизации инфраструктуры, на лучшем использовании ресурсов, а также на поддержке всесторон-него развития образования, знаний и инновационности как ключевых факторов роста производства в конкурентном окружении. Окончательной целью должно стать обеспечение дальнейшего развития польской экономики и хозяйства как единственного пути к улучшению качества жизни и повышению материального благосостояния граждан — с учетом справедливого распределения национального дохода.
На эти цели и направлен план Моравецкого*, предлагающий стратегию на последующие 25 лет и указывающий приоритетные задачи на ближайшие годы. План этот требует, однако, более детальной проработки, но, прежде всего, необходимо изыскать финансы на его осуществление. В противном случае он станет очередным списком благих намерений.


Автор до выхода на пенсию был научным сотрудником Главной школы экономики в Варшаве, в настоящее время занимает должность секретаря редакционного комитета журнала «Экономист».