ПОДАЙ РУКУ КОЗАКОВI...

«Это не вопрос веры. Чтобы наши кости могли лежать рядом, должно вымереть мое поколение, а может, и следующее», — говорил мне десять лет назад в одной деревне Жешувского воеводства старый украинец. Сам он был тогда уже почти при смерти, свалившись от туберкулеза. Этими словами Волычко (я запомнил его фамилию) отвечал мне, в то время молодому репортеру журнала «Впрост», который все еще был способен «удивляться миру», на вопрос: почему поляки и украинцы в деревне, насчитывающей сто домов, лежат на двух разных кладбищах, почему не могут уместиться на одном? По прочтении книги «Украина, Польша, мир» замечательного украинского публициста Богдана Осадчука (1920 г.р.), неустанного исследователя Восточной Европы, я осмеливаюсь утверждать, что, может быть, не понадобится десятилетий, чтобы смогли лечь по соседству бренные останки представителей столь близких и вместе с тем отдаленных народов.

Почему я говорю об «отдаленных народах»? Потому что нас по-прежнему разделяют ложные стереотипы, выборочно воспринимаемая история и несведенные счеты. Недавно я услышал в эфире радиостанции, пользующейся популярностью на берегах Вислы, признание известного ведущего: желая, вероятно, развлечь слушателей, он сказал, что когда ему «особенно тяжело на душе», то он утешается мыслью, что ему «не выпало родиться и жить, например, на Украине». Стоп, господин журналист. Прежде чем с таким легкомыслием ассоциировать с Украиной все дурное и болезненное, примите во внимание хотя бы факты. А факты таковы: в 2000 г. эту «например, Украину» ожидает прирост ВНП свыше 5%, промышленное производство возросло там на 12%, в приватизированных отраслях, которых на Украине становится все больше, динамика роста достигла 35%, рост реальной зарплаты — 10%, внутренняя задолженность страны понизилась на 2 млрд. долларов. Европейская комиссия признала это государство «страной с рыночной экономикой». Разумеется, молодому, чрезвычайно амбициозному и динамичному премьер-министру Украины Виктору Ющенко предстоит одолеть еще немалый путь до нормальной экономики и хотя бы скромных жизненных стандартов, какими сегодня может похвалиться и самая бедная страна Европейского союза. Но не забудем, что и нам, «тигру Центральной Европы», в последнее время, пожалуй, несколько захромавшему, тоже еще далеко до выполнения брюссельских требований. Гордясь иногда перед гражданами Западной Европы тем, что у нас «гастарбайтеры — украинцы», не забудем, что для многих из нас еще недавно пределом мечтаний была немецкая виза и «левая» работа за несколько марок в час. Так что давайте относиться без высокомерия к нашим восточным соседям и воспринимать факты с большей долей смирения. А главное, не надо стремиться любой ценой «нести цивилизацию» — на наш манер и с катехизисом в руках — «дикому Востоку», чем отличается «Польская община» во главе с господами Гжесковяковой и Стельмаховским, достигая результатов, прямо противоположных задуманному.

Но настоящее, к счастью, можно изменить — изменить прошлое, к сожалению, нельзя. Мое поколение, те, кому сегодня под сорок, росло, читая «Зарево в Бещадах» или смотря по телевидению «Сержанта артиллерии Каленя». Мне, тогда подростку, врезалась в память сцена с участием благородных, героических польских солдат, которых губили бандиты-бандеровцы на минном поле. Предполагаю, что она еще долго определяла бы мои представления о польско-украинских отношениях середины 40 х (потому что хотя бы о бесславной «Акции Висла» ученикам школ в ПНР особо не рассказывали), если б, уже пробуя силы в журналистке, я не встретился с одним, ныне давно покойным генералом, начинавшим офицерскую карьеру еще в довоенной Польше. Этот генерал (из жалости не назову его) долго с пафосом рассказывал мне о «рыцарственности и чести польского воина», а потом вдруг — кажется, после третьей порции виски — крайне сентиментально принялся вспоминать, как он «со своими парнями, с уланами, въехали в украинскую деревню и головы сукиных сынов падали под саблями, как маковки». «Сукиных сынов», т.е. украинских мужчин, женщин, детей и стариков.

Глубокоуважаемый читатель «Новой Польши»! Я вполне умышленно не пишу о «стратегическом партнерстве» Третьей Речи Посполитой и с недавнего времени свободной Украины, о котором не устают напоминать политики, ибо декларации политиков — не самое главное. Зато я вполне умышленно обращаюсь к свободным ассоциациям, эпизодам, мифам и всему, чем когда-то кормили мое поколение, как только раздавался пароль «Украина». В конце концов, к реальным отношениям между народами количество рукопожатий Кучмы и Квасневского имеет весьма малое отношение. В сто раз важнее, как в ближайшее время почувствует себя поляк во Львове, на кладбище «Львовских орлят», или как будет обращаться с украинцем на границе польский таможенник. Пусть вместе с вышеупомянутым престарелым Волычко скончаются и предубеждения. В совершении этого труда, действительно заслуживающего памяти в веках, труда, которому столько энергии и решимости посвятил Ежи Гедройц, может помочь книга Богдана Осадчука «Украина, Польша, мир».

В ней не найти всеохватного образа, чудесного универсального рецепта — это всего лишь избранные статьи и репортажи «восточноевропейца». Всего лишь — а в то же время как это много. Осадчук, который мог бы быть моим дедом, говорит со мной совершенно внятно, почти с юношеским жаром и надеждой. С надеждой, если воспользоваться громкими словами, на укладку моста между былыми и новыми временами, между поколением, отравленным памятью о пролитой крови, и теми, кто без эмоций пожелает — здесь и сейчас — попытаться убедить своих отцов и детей в чем-то весьма рациональном. «Без Украины европейский дом не будет вполне устойчивым», — сказал недавно на страницах «Впрост» премьер-министр Ющенко. Вопрос, который, как мне кажется, задает Осадчук и который, пожалуй, по-прежнему остается без ответа, можно сформулировать так: станем ли мы в этом будущем европейском доме относиться к нашим соседям-украинцам как к бедным родственникам — по случаю одаряя их красивыми фразами, — или же гостеприимно встретим их как друзей?

Автор — заместитель главного редактора еженедельного журнала «Впрост»