Да здравствуют заговоры!

Теорий заговоров несравненно больше, чем заговоров. Так было и будет — по той причине, что значительно легче критиковать других, нежели сделать что-либо самому. Плетут заговоры, конечно же, люди действия, а вот высмеивают их вечно брюзжащие ворчуны-импотенты. Всякий, кто скажет, будто видеть во всем заговор — занятие примитивных людей, пусть поостережется, — ведь он сам может оказаться примитивом.

Люди, высмеивающие теории заговоров, в отличие от заговорщиков, мало креативны, поскольку им вполне достаточно жировать на чужой изобретательности. Кем оказались бы неустрашимые враги антисемитизма без антисемитов? Цезарий Михальский, публицист, который до недавнего времени был крайне правым, а теперь сделался крайне левым, в предыдущей своей ипостаси обвинял меня в том, что я занимаюсь выслеживанием бессимптомного антисемитизма. По мнению антисемитов, любые заговоры устраивают семиты вкупе с филосемитами — и наоборот. Принципиальное недоразумение заключается здесь в том, что заговорщики не признаются в заговорах, а их уличители и разоблачители — это нехорошие приверженцы отца Тадеуша Рыдзыка*, от которых приличный человек немедля открестится.

В то же время правда такова, что заговоры были самым что ни есть подлинным двигателем евроатлантической цивилизации. Напомню, каким образом я совместно с известным социологом проф. Ниной Красько высказывался на данную тему 10 лет назад, поскольку мне по-прежнему нравится то, что я тогда сказал:

«Согласно "Словарю польского языка" заговор — это "тайное соглашение группы лиц для совместного достижения какой-либо цели; (преступный) сговор". Заговоры можно затевать, замышлять, устраивать, организовывать, подстраивать; можно к ним принадлежать и быть в них втянутым или впутанным. Заговоры затевались в истории неоднократно и с самыми разными целями — примером может служить пороховой заговор (Gunpowder Plot), организованный в 1605 г. с целью взорвать здание британского парламента вместе с находившимся там королем Яковом I, захватить власть и восстановить в Англии католицизм. Девятнадцатый век, в том числе и в Польше эпохи разделов, видел множество заговоров, которые часто признавались справедливыми и достойными, о чем свидетельствует хотя бы популярное в польском языке устойчивое сочетание "патриотический заговор". Однако свои собственные заговоры (ввиду временной нехватки чужих) организовывала также царская охранка, чтобы затем торжественно разоблачать их и тем самым подтверждать необходимость своего существования. "Собственноручно затеянный заговор" гораздо легче запланировать, написать его сценарий, согласовать подробности, вовлечь в него новых лиц и в конечном итоге разоблачить его; он являет собой словно бы разновидность пьесы, своеобразный жанр искусства. Тем не менее, "Бесы" — превосходная книга.

Нужно отличать организаторов от исполнителей. Заговорщик — это человек, которого допустили к тайне. Если ему неизвестна цель заговора, то вполне можно сказать, что его, как и многих других, использовали, а значит, он является жертвой. Чем шире охват заговора, тем больше таких жертв.

Исторический процесс, который основан на теории заговоров, — это взгляд словно бы с другой стороны: не конспиративный и не конспирирующий, а разоблачающий, иначе говоря, деконспирирующий. Разоблачить, а тем самым выяснить и объяснить можно всё, что угодно, всю совокупность исторических событий, которыми — как мы слышим — управляют совершенно определенные люди, имеющие ясные цели, но скрывающие их, так же, как свои мотивы и формы действия. Масоны, сионские мудрецы, ложа Бнай-Брит, иезуиты, «Опус Деи», ЦРУ и другие тайные полиции, причем действующие даже в сотрудничестве с инопланетянами. Евреи в качестве главного действующего лица всевозможных теорий заговоров пережили тамплиеров, розенкрейцеров, вольных каменщиков, иезуитов и многих других.

Выявление того, что за каким-то событием или явлением стоит заговор, обладает целым рядом достоинств. Прежде всего, оно волнует и электризует, запуская ровно те же самые эмоции, которые в былые времена сопутствовали чтению романов Александра Дюма, а сегодня — просмотру американского телесериала «Секретные материалы» (The X-Files). Возбуждение порождает заинтересованность, которая, как известно, благоприятствует усвоению знаний. Обнаружение и описание заговора повышает ранг автора соответствующего анализа, поскольку людям видно, что он сумел постичь тайны, недоступные рядовому небокоптителю. Помимо этого, разъяснение чего-либо посредством заговора — дело довольно простое, и оно доходит до всякого, кто верит, будто любая вещь обязательно должна иметь свою (простую) причину. Наконец, как мы уже сказали, заговорами удается объяснить буквально всё — любые успехи и поражения обществ (особенно поражения; как говорят россияне: если в кране нет воды, значит, выпили жиды), но в том числе и будоражащие нас события, например, политические убийства. Лев Троцкий, Джон Ф. Кеннеди, Роберт Ф. Кеннеди, Мартин Лютер Кинг мл., Джон Леннон и принцесса Диана непременно должны были погибнуть от рук заговорщиков, причем за убийцами не могли не скрываться конкретная организация и замысел. Теория заговоров умеет не только объяснять всё на свете, — но также всё со всем связать. Обычно она еще и не поддается фальсифицированию».

После такого напоминания мне уже, в сущности, остается добавить немногое — пожалуй, всего четыре вещи. Во-первых, американскую конституцию составили масоны. Во-вторых, польскую конституцию 3 мая тоже составили масоны, и об этом есть смысл напомнить всем тем пылко почитающим ее сегодняшним патриотам, которым внушают отвращение всяческие циркули, передники и кельмы. В-третьих, Европейский союз. Когда удалось закончить не больно умную войну (поляки организовали для себя самое глупое восстание, какое только было возможно), самые разные заговорщики: французские, немецкие, бельгийские, итальянские, английские и прочие — учредили Европейское объединение угля и стали, зародыш сегодняшнего ЕС (кстати, применительно к немцам и итальянцам пришлось притворяться, будто они — приличные демократы). Обратим внимание на заговорщицкую «металлургическую» мимикрию европейцев. «Уголь» и «сталь», чтобы править народами. Наконец, в-четвертых, — смертная казнь. Демократическое большинство народов жаждет убивать виновников тяжких преступлений с помпой и в полном величии права. С помощью больших и тайных усилий европейским элитам удалось преодолеть стародавнюю волю к убийству.

Если бы не заговоры, мы и дальше продолжали бы жить в грязной пещере. Если бы не заговорщики, мы бы уже вообще, думается, не жили. Мы выведем вас из мрака к свету.

 

Сергиуш Ковальский — публицист, социолог, переводчик. Автор книги «Критика солидарностного разума», соавтор сборников «Ритуальный хаос» и «Вместо процесса».