Не так уж мы равны, как нам казалось

В Польше пропасть между богатыми и бедными гораздо больше, чем кажется. А имущественное расслоение вдвое больше, нежели расслоение по доходам, — следует из отчета Национального банка Польши.

 

О том, насколько велика пропасть, отделяющая богатых и сытых от бедных и голодных, сегодня говорится все чаще. И чего никогда до сих пор не было, мировые авторитеты (во главе с директором-распорядителем Международного валютного фонда Кристин Лагард) подчеркивают, что существующее расслоение слишком велико и ни к чему хорошему это не приведет. Растущее равенство способствует лучшему, более прочному и продолжительному экономическому росту.

 

Имущество среднестатистического Ковальского

До сих пор в Польше не заламывали рук и не сетовали по поводу наблюдаемого уровня неравенства, так как все доступные данные указывали, что эта проблема нас особо не касается. Из-за социалистического прошлого мы не обзавелись крупными состояниями, поместьями или имуществом, которые бы передавались из поколения в поколение, а система обучения, отлично действовавшая все это время, не препятствовала выпускникам публичных высших учебных заведений претендовать на самые привлекательные должности и добиваться их. Однако новейшие исследования Национального банка Польши (НБП) представляют указанную проблему в новом свете. Дело в том, что банк включил в состав анкетируемой выборки большее, чем обычно, количество самых богатых граждан. Экономисты НБП проанализировали также не только наши доходы (как это делалось до сих пор), но еще и наше имущество (что важно отметить, на основании данных представленных самими владельцами).

Богаты ли мы? Не особенно. Среднее польское домашнее хозяйство располагает имуществом, стоимость которого составляет 257 тыс. злотых. Причем «среднее» означает, что половина остальных хозяйств беднее, а вторая половина богаче его (в статистике это называется медиана). «Для чистой стоимости имущества решающую роль играли в первую очередь материально-вещественные активы, накопленные данным домашним хозяйством, прежде всего это стоимость основного места жительства (в среднем 282,6 тыс. зл.), а также объем имущества, являющегося следствием ведения хозяйственно-экономической деятельности (в среднем 219,7 тыс. зл.). Финансовые активы имели в процессе аккумуляции имущества гораздо меньшее значение (в среднем они составляли 8,6 тыс. зл.)», — читаем мы в сводном документе НБП.

Наверно, у многих тут же мелькнула мысль, что все эти апартаменты, квартиры и холостяцкие однушки в охраняемых кварталах или микрорайонах — это никакое не имущество, ведь покупалось указанное жилье в долг, и пока что его владельцем в преобладающей части является какой-нибудь банк. НБП изучил и этот аспект. Оказалось, что почти три четверти поляков располагают собственным жильем, и лишь 12% сражаются с ипотечным кредитом.

 

Имущество в руках богачей

Для нужд данного исследования НБП подсчитал так называемое нетто-имущество. Иными словами, из стоимости располагаемой собственности вычитаются обязательства перед банками, кредиты в различных банковских картах, краткосрочные займы из ссудной кассы взаимопомощи по месту работы, а также покупки в кредит.

Оказалось, что среди самых бедных лишь очень небольшая часть обладает собственной квартирой. Нет у них также и никакого другого имущества. Зато имеются кредиты. Из расчетов НБП следует, что у 10% самых бедных семей нетто-имущество не превышает 2 тыс. злотых. А если сложить нетто-имущество всех таких семей, то окажется, что итог отрицателен — стоимость кредитов превосходит стоимость квартир или автомобилей на целых 3,6 млрд злотых!

На противоположном конце общественной лестницы находится 10% самых богатых, среднее имущество которых оценивается как минимум в 879 тыс. злотых. В общей сложности они накопили чуть ли не 2,3 триллиона злотых. Однако, чтобы принадлежать к супербогатому 1% общества, необходимо обладать имуществом, которое стоит аж 2,8 млн злотых.

Лучше живется лицам, проживающим в деревне (это каждая третья семья), хотя не все они фермеры, среди них могут быть также владельцы коттеджей, усадеб или имений, расположенных неподалеку от крупных городов. Статистически богаче самозанятые граждане (они включают в состав своего имущества также то, которое связано с осуществляемой ими деятельностью). Причем именно в деревне чаще оказывается сконцентрированным имущество фирмы, да и больше семей живет в собственных домах. «Но вот если сопоставлять неравенство между бедными и богатыми в деревне с разницей между бедными и богатыми в городе, то ситуации вполне сопоставимы», — говорит Петр Баньбула из НБП.    

 

Польша не столь уж равная?

До сего времени мы в Польше внимательнее присматривались к расслоению доходов (сколько мы зарабатываем), а не имущества (сколько мы имеем). Из статистических данных Евростата вытекает, что в нашей стране размах этого расслоения, остается умеренным. Коэффициент Джини, статистически оценивающий степень расслоения общества конкретной страны или региона по отношению к какому-либо изучаемому признаку, составляет у нас около 0,31 (если бы все в стране зарабатывали одинаково, то данный коэффициент равнялся бы нулю; чем он выше, тем больше неравенство). Именно таков средний показатель по ЕС; похоже обстоят дела в Великобритании или Германии. Но НБП говорит, что эти результаты — заниженные. Причем по той причине, что анкетерам трудно добраться до местных крезов, отечественных обладателей несметных богатств. Специалисты по статистике осознавали указанное обстоятельство, но предполагали, что в каждой стране богачи характеризуются похожей неприступностью, а посему и ошибка измерения тоже похожа.

В центральном банке Польши пошли дальше: приняли решение набрать значительно большую случайную выборку состоятельных граждан (тем самым в проводившемся исследовании их представительство оказалось избыточным), руководствуясь при этом, в частности, данными о тех поветах, где платятся самые высокие суммы индивидуального подоходного налога, взимаемого с физических лиц, а также данными всеобщей переписи населения о том, где находятся самые просторные квартиры. Когда коэффициент Джини подсчитали на основании данных, собранных таким способом, то оказалось, что он составляет уже не 0,31, но 0,38. «Масштаб неравенства в Польше, по всей вероятности, больше, чем следует из результатов базового исследования», — добавили эксперты из НБП.

Но в таком случае каким же образом распределяется это наше богатство? На долю одной десятой наиболее обеспеченных домашних хозяйств достается 23% доходов, тогда как доходы одной пятой самых бедных хозяйств составляют всего лишь 7% от общей доходной массы в Польше.

Имущество сконцентрировано заметно сильнее доходов. Ведь коэффициент Джини, рассчитанный применительно к тому, чем мы владеем, составляет уже целых 0,58. Десять процентов наиболее богатых семей владеют 37% суммарного нетто-имущества (иначе говоря, остающегося после вычитания всей задолженности). В свою очередь, у одной пятой самых бедных домашних хозяйств их нетто-имущество составляет лишь 1% суммарного нетто-имущества всех польских хозяйств.

«Показатели имущественного неравенства всегда выше, чем неравенства по доходам. Но они могут оказаться никак не связанными между собой. Возьмем хотя бы Швецию, где люди зарабатывают примерно одинаковые суммы, но существуют аристократические династии, которые накапливали ценности, блага и поместья на протяжении многих поколений. Впрочем, в Польше тоже можно получать маленькую пенсию, но жить в стометровой квартире в престижном доме в самом центре города», — говорит Михал Бжезинский, экономист из Варшавского университета, занимающийся проблематикой неравенства.

«Некоторые исследования показывают, что, чем выше показатели неравенства в обществе, тем ниже темп роста ВВП. Контролировать уровень неравенства можно с помощью разнообразных имущественных налогов (в том числе кадастрового налога, когда налог на имущество физических лиц исчисляется, исходя из его кадастровой стоимости), а также посредством налога на наследство (в Польше он отменен). Поскольку я принадлежу к числу сторонников редистрибуции, имущественное расслоение в нашей стране меня не беспокоит», — добавляет Михал Бжезинский.

 

Бедная Польша в Европе

А как мы выглядим на фоне Европы? В зоне евро на самый богатый слой общества (10%) приходится половина имущества, а в США — даже 84%. Причем настоящие показатели разницы между Европой и Соединенными Штатами на самом деле меньше, поскольку в Америке умеют лучше собирать данные, касающиеся богачей.

Европейский коэффициент Джини для имущества равняется 0,68. «Похожие на Польшу показатели имущественного разброса наблюдаются в таких странах, как Греция (0,56), Словения (0,53) или же Словакия (0,45), а вот самые значительные уровни неравенства имеют место в Германии и Австрии (0,76), а также на Кипре (0,7)», — таковы результаты, приводимые НБП.

Любопытный случай представляет собой Германия, где стоимость имущества у средней семьи оказывается — вот так чудо! — ниже, чем у польской (51 тыс. евро по сравнению с 61 тыс. евро в Польше). Это происходит потому, что у наших западных соседей менее половины семей (44%) проживает в собственной квартире, — по крайней мере, так объясняет эти данные центральный банк. Именно по этой причине показатели имущественного неравенства оказываются в Германии столь гигантскими — квартиры, которые арендуют рядовые немцы, являются собственностью узкой группы самых богатых жителей этой страны.