ЧАСТО ЗАДАВАЕМЫЕ ВОПРОСЫ И ОТВЕТЫ ОТНОСИТЕЛЬНО УБИЙСТВА В КАТЫНИ

— Что такое катынское убийство?

— Массовое уничтожение тысяч польских военнопленных на территории СССР во время второй мировой войны. Название произошло от небольшого поселка Катынь под Смоленском, вблизи которого впервые были обнаружены массовые захоронения военнопленных.

— Откуда взялись в СССР польские военнопленные?

— В результате польской кампании Красной армии в сентябре 1939 года. В советской историографии эту кампанию было принято называть «освобождением Западной Украины и Белоруссии».

— Что такое — «Западная Украина и Белоруссия»?

— Это территории, которые были отданы Польше после поражения Красной армии под Варшавой по Рижскому мирному договору между советской Россией и Польшей от 18 марта 1921 года. Согласно секретному дополнительному протоколу к советско-германскому договору о ненападении 1939 года (пакту Молотова—Риббентропа) эти территории попадали в сферу советского влияния.

— Сколько было польских военнопленных?

— Разные источники дают разные цифры — от 130 до 250 тысяч человек. Цифра около 130 тысяч дана в трудах историка Н.С.Лебедевой и представляется сильно заниженной. Во всяком случае, 31 октября 1939 г. на сессии Верховного Совета Молотовым была названа цифра в 250 тысяч человек, в отчетах Главного управления конвойных войск говорится о 226 391 пленном, а газета «Красная Звезда» от 17 сентября 1940 г. в посвященной годовщине «освободительного похода» статье писала, что «одной только Н ской группой войск Украинского фронта» было захвачено в боях и при окружении 190 584 человека.

— Где содержались польские военнопленные?

— Естественно, в тюрьмах и лагерях. Наиболее известны три лагеря — Козельский, Старобельский и Осташковский. Почти все заключенные этих лагерей были истреблены.

— Где находились эти лагеря, и сколько в них было заключенных?

— Козельский лагерь находился в бывшем монастыре Оптина пустынь вблизи Козельска Калужской области. В нем содержалось около 4500 пленных (цифры в разных источниках несколько расходятся, здесь и далее будут даны округленные цифры). Осташковский лагерь размещался в Калининской области, в бывшем монастыре Нилова пустынь на озере Селигер, в 10 километрах от Осташкова. Там было около 6500 человек — в основном полицейских, жандармов и пограничников. Старобельский лагерь находился в Харьковской области, также на территории бывшего монастыря. В нем содержалось около 4000 человек.

— В какой период времени в этих лагерях находились убитые впоследствии заключенные?

— Лагеря были основаны в конце сентября 1939 года. В апреле-мае 1940 г. заключенных из этих лагерей стали вывозить небольшими партиями. Небольшое количество пленных (всего около 400 человек) из трех лагерей было тогда переведено в Юхновский лагерь (как и Козельский, в Калужской области). О судьбе остальных в течение нескольких лет не было известно ничего. Их родственники в Польше перестали получать письма от них, а адресованная им корреспонденция возвращалась обратно с пометкой «Адресат выбыл».

— Когда впервые стало известно про исчезновение военнопленных?

— Первые указания на исчезновение примерно 15 тысяч польских военнопленных появились в начале осени 1941 года. В СССР началось формирование польской армии, основной состав которой набирался из бывших военнопленных: после установления дипломатических отношений СССР с польским эмигрантским правительством в Лондоне им была объявлена амнистия. При этом обнаружилось, что среди прибывающих новобранцев отсутствуют бывшие заключенные Козельского, Старобельского и Осташковского лагерей. Командование польской армии неоднократно обращалось к советским властям с запросами об их судьбе, никаких определенных ответов на эти запросы дано не было.

— Когда стало широко известно об убийстве?

— 13 апреля 1943 года. В этот день германское радио заявило, что в Катынском лесу под Смоленском найдено 12 тысяч трупов польских военнослужащих — офицеров, захваченных в советский плен в сентябре 1939 г. и убитых НКВД. Надо сразу сказать, что дальнейшие исследования эту цифру не подтвердили — фактически трупов в Катыни было обнаружено почти втрое меньше. Видимо, авторы первого сообщения исходили из примерного общего количества польских военнопленных, пропавших в заключении в СССР.

— Какова была реакция СССР на это заявление?

— 15 апреля московское радио передало заявление ТАСС, в котором вина возлагалась на немцев. 17 апреля этот же текст был опубликован в «Правде» с добавлением о наличии в тех местах древних захоронений: «В своей неуклюжей и наспех состряпанной брехне о многочисленных могилах, якобы открытых немцами около Смоленска, геббельсовские лжецы упоминают деревню Гнездовую, но они умалчивают о том, что именно близ деревни Гнездовой находятся археологические раскопки исторического „Гнездовского могильника”».

— Кстати, что представляет из себя Катынский лес?

— То, что подразумевается под «Катынским лесом» в связи с убийством польских пленных, представляет собой густо заросшую часть большого леса между шоссе Смоленск—Витебск (с севера) и рекой Днепр (с юга), примерно в 15 км к западу от Смоленска. Растительность — типичный сосновый бор с брусничником. Через середину этого участка от шоссе на юг проходила извилистая грунтовая дорога длиной около километра. Она шла к даче НКВД вблизи Днепра. Могилы были найдены вблизи этой дороги, примерно на полпути от шоссе к даче. Ближайшее жилье (не считая дачи НКВД) находилось в полутора-двух километрах от могил. Дача НКВД — двухэтажный коттедж с гаражом и сауной (в 40 х годах!).

— Правда ли, что Катынский лес перед войной был любимым местом отдыха жителей Смоленска и там находился пионерский лагерь?

— Скорее всего — ложь. Судя по описанию дачи НКВД, там отдыхали не уборщицы и шоферы, а руководство и начальство из центра — вряд ли подобная публика потерпела бы постоянное соседство праздношатающихся горожан и ежеутренние горны с барабанами. Гораздо больше похожи на правду утверждения, что с 1934 г. весь этот участок леса был огорожен и посторонним был запрещен туда доступ.

— Кто и когда исследовал катынские могилы?

— Впервые их вскрыл и исследовал немецкий врач Герхард Бутц, возглавлявший судебно-медицинскую лабораторию группы армий «Центр». Он работал в Катыни с февраля или марта 1943 года. Весной 1943 г. в Катыни работала техническая комиссия Польского Красного Креста. 28-30 апреля в Катыни находилась международная комиссия в составе 12 экспертов из ряда европейских государств. После освобождения Смоленска и его окрестностей в Катыни в январе 1944 г. работала советская «Специальная комиссия по установлению и расследованию обстоятельств расстрела немецко-фашистскими захватчиками в Катынском лесу военнопленных польских офицеров», которую возглавлял Н.Н.Бурденко.

— Каковы выводы этих исследований?

— Выводы доктора Бутца и международной комиссии прямо обвиняли СССР. Польская комиссия Красного Креста была более осторожна в выводах, но из зафиксированных в ее отчете фактов также вытекала вина СССР. Комиссия Бурденко, естественно, во всем обвиняла немцев.

— Правда ли, что ни один из 12 экспертов в составе международной комиссии впоследствии не подтвердил своих выводов?

— Неправда. От своих выводов, сделанных в 1943 г., впоследствии отказались двое экспертов — Франтишек Хаек, представлявший протекторат Богемии и Моравии, и болгарин Марко Марков. Оба они после войны оказались в зоне досягаемости советских или просоветских властей. Марков даже выступал как свидетель обвинения на Нюрнбергском процессе, но это, кажется, его не спасло — вскоре после него он исчез. Остальные эксперты никогда не отказывались от своих выводов, некоторые их явно подтвердили впоследствии. В частности, профессор Франсуа Навиль из Женевы, глава комиссии, в 1946 г. был готов выступить в Нюрнберге как свидетель защиты, а уже после заседания по Катыни заявил, что он и его коллеги — участники международной комиссии в Катыни не получали ни от кого «золота, денег, подарков, наград, ценностей либо же каких бы то ни было посулов» и все выводы были сделаны ими объективно и без какого-либо давления на них.

— На каких фактах базировался вывод о виновности СССР?

— Всего во время немецкой оккупации было исследовано 4143 трупа, из них идентифицировано 2185. (В последней из катынских могил к моменту прекращения работ осталось неисследованными всего около 200 тел). Практически все идентифицированные были узниками Козельского лагеря. Местные жители показали, что в апреле-мае 1940 г. на железнодорожную станцию Гнездово рядом с Катынским лесом ежедневно привозили небольшие партии польских заключенных, которых сажали в машины и увозили в лес. На трупах было найдено 3184 документа (письма, открытки, обрывки советских газет), самый поздний из которых датирован 6 мая 1940 года. Один из найденных документов — дневник майора Адама Сольского, в котором описано, как его вместе с другими заключенными пересадили из вагонов в машины и привезли в какую-то местность, напоминающую дачную, — на этом дневник обрывался. У ряда убитых остались золотые вещи (кольца, зубы) — немцы же никогда не оставляли золота у расстрелянных. Большинство поляков было убито пистолетным выстрелом в затылок, однако на некоторых трупах были также четырехгранные раны от советских штыков. По степени разложения трупов международная комиссия сделала вывод, что погребение их состоялось не позже лета 1940 года. У значительной части трупов руки были связаны веревками советского производства.

— А утверждают, что руки у убитых в Катыни были связаны бумажным шпагатом, который в СССР до войны не производился...

— Это утверждение — еще один пример довольно-таки бессовестного вранья вокруг Катынского дела. В отчете комиссии Бурденко четко сказано: руки у казненных были связаны витыми веревками. На фотографиях трупов из Катынского леса также видны довольно толстые веревки.

— А какие пистолеты и боеприпасы использовались в Катыни?

— В основном пистолеты калибра 7.65 мм, скорее всего — пистолеты Вальтер ПП или ППК. В катынских могилах были обнаружены гильзы немецкого производства с маркировкой GECO, т.е. изготовленные оружейной фирмой Gustaw Genschow Co. под Карлсруэ. Члены польской комиссии Красного Креста утверждают, что они обнаружили в могилах и гильзы советского производства.

— Если расстреливало НКВД — почему использовались немецкие пистолеты? И как эти пистолеты попали в СССР?

— У немецких пистолетов были два важных преимущества для применения в случаях типа катынского расстрела. Они были небольшого размера (Вальтер ППК разрабатывался для полицейских агентов в штатском и помещался в кармане) и имели небольшую энергию пули. При выстреле в упор в затылок из, скажем, пистолета ТТ жертве разнесло бы череп. У убитых же в Катыни, как правило, имеется аккуратное входное отверстие в затылке, а выходное иногда вообще отсутствует — т.е. энергии пули не всегда хватало для ранения головы навылет. Утверждается, что в 20 х годах СССР импортировал пистолеты Вальтер и боеприпасы к ним. Кроме того, некоторое количество пистолетов и боеприпасов могло быть захвачено на оружейных складах в Польше в 1939 году.

— К каким выводам пришла комиссия Бурденко?

— Как уже сказано, комиссия возложила вину на немцев. В ее отчете утверждалось, что польские военнопленные использовались на дорожных работах в Смоленской области и содержались в «лагерях 1 ОН, 2 ОН и 3 ОН в 25-45 км к западу от Смоленска». Летом 1941 г. лагеря не успели эвакуировать, и пленные попали в руки немцев. В августе-сентябре 1941 г. немцы якобы ежедневно расстреливали в Катынском лесу небольшие группы польских военнопленных. Расстрелы производила карательная команда, размещавшаяся на бывшей даче НКВД в Катынском лесу и для маскировки носившая название «537-й строительный батальон». Позже немцы тщательно подготовили провокацию — вскрыли катынские могилы и извлекли трупы и, кроме того, привезли в Катынский лес тела убитых ими поляков из других мест. Затем они изъяли документы с датами позже мая 1940 г. и перезахоронили тела в нескольких больших могилах. Одновременно с этим немцы искали «свидетелей» катынского расстрела и угрозами и побоями добивались от них показаний в виновности СССР. После этого могилы были демонстративно вскрыты еще раз и о находке польских военнопленных, якобы убитых Советами, было объявлено по немецкому радио. Немцы в пропагандистских целях показывали вскрытые могилы местному населению и военнопленным. После того как эти мероприятия не достигли цели, так как осматривавшие могилы якобы ясно видели, что все это грубо сработанная провокация, немцы вообще перестали распространяться о катынском убийстве и приказали свидетелям молчать.

— На чем основывались эти выводы?

— В основном — на свидетельских показаниях. Из них наиболее важными были показания трех женщин, работавших во время оккупации на кухне бывшей дачи НКВД в Катынском лесу — Алексеевой, Михайловой и Конаховской. Именно они рассказали следователям, что «537-й строительный батальон», расквартированный на бывшей даче НКВД, не вел строительных работ, а производил в августе-сентябре ежедневные расстрелы небольших групп польских военнопленных. Комиссия также допросила некоторых свидетелей, которые показали немцам, что расстрелы проводились весной 1940 года. Они заявили, что эти показания немцы вырвали у них угрозами и побоями. Кроме того, в отчет комиссии входит акт судебно-медицинской экспертизы катынских захоронений. В нем утверждается, что состояние тел позволяет датировать время их погребения не ранее чем осенью 1941 года и что метод казни — выстрел в затылок — идентичен применявшемуся немцами в других оккупированных районах СССР. В отчете также приведен перечень девяти документов, обнаруженных комиссией на трупах из катынских могил и датированных осенью 1940 года и позднее.

— Насколько убедительна версия, изложенная в докладе комиссии Бурденко?

— Она достаточно неубедительна. Начнем с «лагерей 1 ОН, 2 ОН и 3 ОН». Эти лагеря упоминаются только в докладе комиссии Бурденко. Никаких других упоминаний об этих лагерях исследователями не обнаружено, в том числе и в архивах конвойных войск НКВД. И если эти лагеря находились «в 25-45 километрах западнее Смоленска», зачем было выгружать заключенных поляков из вагонов на станции Гнездово, всего лишь в 13 километрах от Смоленска? Так что эти три лагеря «особого назначения» — скорее всего мифические.

— А говорят, что эти лагеря были строго секретными и содержащиеся в них заключенные были лишены права переписки, чтобы скрыть факт, что они использовались на принудительных работах в нарушение конвенции о военнопленных...

— Во-первых, СССР Женевскую конвенцию о военнопленных не подписывал и ее положениями не был связан. Во-вторых, если нужно было хранить дело в секрете, то использование военнопленных на дорожных работах — самый неудачный выбор для этого. Дорога — это не стройка, ее не обнесешь забором, и местные жители могли бы видеть пленных, а то и общаться с ними и даже передать что-нибудь их родным. В отчете комиссии Бурденко говорится, что несколько свидетелей из местных жителей заявили, что они неоднократно видели работавшие на дорогах группы из 15-20 польских пленных, — еще одно противоречие в советской версии: либо пленные содержались в тайне и тогда их не могли свободно видеть местные жители, либо никаких лагерей не было, а эти «свидетельские показания» — лишь одни из многих сфабрикованных показаний в отчете комиссии Бурденко. Совершенно невероятно и то, что из всех заключенных и персонала трех «лагерей особого назначения» при немецком наступлении спасся лишь один человек — «начальник лагеря 1 ОН», как утверждает советская версия. Так что это высказывание лучше всего оставить на совести его авторов — если таковая имеется.

— Какие еще положения в материалах комиссии Бурденко заставляют с сомнением отнестись к ее выводам?

— Некоторые из них бросились в глаза уже зимой 1944 года иностранным корреспондентам, которых советские власти привезли на осмотр катынских могил. Свидетели показали, что расстрелы происходили в августе и первой половине сентября. Но трупы были одеты в зимние шинели, на их шеях были шарфы. Утверждалось, что пленные более года выполняли дорожные работы — но подошвы обуви у казненных не были стерты. Далее, в акте судебно-медицинской экспертизы говорится, что пятеро экспертов за 8 дней (с 16 по 23 января 1944 г.) произвели вскрытие и исследование 925 трупов — т.е. каждый исследовал более 20 трупов в день. Вряд ли такое расследование могло быть сколько-нибудь тщательным — тем более, что дело было в январе, и не очень понятно, как можно было извлечь тела из промерзшей земли, не повредив их. Малоубедительны и якобы найденные комиссией документы на телах убитых. Их всего 9. Два из них — это открытки из Польши, датированные сентябрем 1940 года. Пять документов — это квитанции о приеме золотых часов и денег, причем три из них были выданы в «лагере 1 ОН», само существование которого крайне сомнительно, так что эти расписки скорее всего сфабрикованы. Еще один документ — это бумажная иконка с датой «14 апреля 1941 года» на обороте. Остающийся документ — это неотправленная открытка в Польшу от Станислава Кучинского с датой «20 июня 1941 года» — позже было установлено, что ротмистр Кучинский содержался в Старобельском лагере. Впрочем, вряд ли комиссия вообще смогла найти какие-либо документы в катынских могилах — немцы осмотрели тела в семи больших могилах очень тщательно, недаром даже в отчете комиссии утверждается, что у подавляющего большинства убитых карманы были вывернуты или вспороты и их содержимое изъято. (Около 200 тел в восьмой могиле осталось неосмотренными немцами, но восьмая могила находилась на довольно большом расстоянии от остальных семи). Так что скорее всего все документы, «обнаруженные» комиссией Бурденко, были найдены не в могилах, а где-то в других местах или вообще сфабрикованы (как расписки из «лагеря 1 ОН»). Еще ряд противоречий вскрылся на Нюрнбергском процессе — но это отдельный разговор.

— А что случилось на Нюрнбергском процессе?

— В список преступлений, в которых обвинялась фашистская Германия, советской стороной обвинения было включено и катынское убийство. В качестве основного документа, доказывающего вину немцев, был представлен несколько подредактированный отчет комиссии Бурденко. Перед судебным заседанием, на котором должно было рассматриваться катынское дело, советская сторона внезапно увеличила число убитых в Катыни с 925 человек (столько трупов было освидетельствовано комиссией Бурденко) до 11 тысяч. Сделано это было достаточно неловко и вызвало подозрения у судей. Кроме того, отчет комиссии Бурденко, как большинство «сделанного в СССР», с горем пополам годился для внутреннего употребления (за неимением иного), но не нашел спроса за границей. В отчете утверждалось, что расстрелы в Катыни происходили в августе-сентябре 1941 г. и проводились подразделением «537 й строительный батальон» под командованием полковника Арнеса, расквартированном на бывшей даче НКВД в Катынском лесу. На заседаниях по Катынскому убийству в Нюрнберге было установлено, что на бывшей даче НКВД находился не «537 й строительный батальон», а штаб 537 го полка связи. Полковник Аренс (а не Арнес) прибыл под Смоленск лишь в ноябре 1941 г. и не мог командовать расстрелами, которые, по утверждению обвинения, происходили в августе-сентябре. Эти и ряд других нестыковок, видимо, убедили судей в том, что советские обвинительные документы по меньшей мере неточны. Поэтому полковник Аренс выступал не суде не как обвиняемый, а как свидетель защиты. В ходе двухдневных слушаний 1-2 июля 1946 г. он и двое других свидетелей показали, что в Катынском лесу был расквартирован штаб 537 го полка связи, который не проводил карательных акций, тем более в массовом масштабе. Таким образом, первоначальная формула обвинения была поставлена под сильное сомнение. Обвинение также представило трех свидетелей — Прозоровского, возглавлявшего судебно-медицинскую экспертизу в комиссии Бурденко, Маркова — болгарского эксперта в составе международной комиссии, и Базилевского — заместителя смоленского бургомистра в период немецкой оккупации. Их показания подтверждали советскую версию. Как защита, так и обвинение предложили вызвать дополнительных свидетелей (защита мотивировала это тем, что первоначально обвинялся полковник Аренс, но после того, как выяснилось, что он непосредственно непричастен к расстрелам, формула обвинения, очевидно, поменялась, в то время как защита готовилась к первоначальной версии). Но трибунал, который перед заседаниями решил ограничиться тремя свидетелями с каждой стороны, не стал менять первоначального решения и не включил катынское дело в окончательное обвинение в связи с недостаточной доказанностью вины немцев.

— И какова же современная сложившаяся точка зрения на катынское дело?

— Пленные были убиты НКВД по приказу советских властей весной 1940 года. В апреле-мае их небольшими партиями вывозили из лагерей. Пленных из Козельского лагеря доставляли на станцию Гнездово, где их пересаживали в «черные вороны», привозили в Катынский лес и расстреливали рядом с будущими могилами. Заключенных из Старобельского лагеря привозили в Харьков и расстреливали во внутренней тюрьме НКВД, а потом хоронили в лесу под Харьковом. Узников Осташковского лагеря по железной дороге привозили в Калинин, там расстреливали в подвале здания, где находилось облуправление НКВД и внутренняя тюрьма, а потом хоронили вблизи поселка Медное (на полпути между Калинином и Торжком).

— Какие подтверждения этой точки зрения появились в последние годы?

— В 90-е годы были вскрыты и исследованы захоронения в Медном и Пятихатках под Харьковом. Там были обнаружены тысячи останков польских военнопленных. Кстати, место, где захоронены убитые в Калинине заключенные Осташковского лагеря, немцами оккупировано не было, поэтому в данном случае их виновность в убийстве, очевидно, полностью отпадает. На местах погребений, а также на воротах Осташковского лагеря и на бывшем здании Калининского управления НКВД (ныне мединститут) установлены мемориальные доски, говорящие о расстреле польских военнопленных в 1940 году. В Пятихатках и под Медным возводятся мемориалы убитым военнопленным. Были также опубликованы документы, явно указывающие на виновность СССР.

— Какие это документы?

— В первую очередь — три документа: письмо Берии Сталину с предложением расстрелять подавляющее большинство поляков из Козельского, Старобельского и Осташковского лагерей, выписка из протокола заседания Политбюро от 5 марта 1940 г. с постановлением о расстреле и докладная записка Шелепина Хрущеву от 3 марта 1959 г. с предложением уничтожить документы по расстрелу поляков, произведенному в 1940 году.

— Правда ли, что есть сомнения в подлинности этих документов?

— Эти «сомнения» изложены в книге Мухина «Катынский детектив». Эта книга, по мнению группы польских парламентариев, изложенному в письме к спикеру Государственной Думы РФ, «полна лжи и ненависти к Польше и полякам». Вкратце говоря, книга эта рассчитана на людей, которые не в курсе подробностей катынского дела, и практически все приведенные в ней «доказательства» виновности немцев держатся либо на умолчании фактов, либо на не очень умелом вранье. С четырьмя примерами мы уже встречались выше — это утверждение о том, что руки убитых в Катыни были якобы связаны немецким бумажным шпагатом (на самом деле — витой веревкой советского производства); рассказ о месте убийства (по Мухину, это что-то вроде парка Горького, а не огороженный участок леса вблизи дачи НКВД); история про сверхсекретные лагеря для польских военнопленных, где они содержались без права переписки и попали в немецкий плен летом 1941 г.; а также утверждение о том, что ни один эксперт из международной комиссии 1943 года в Катыни впоследствии не подтвердил своих выводов. «Доказательства» поддельности документов, вкратце говоря, основаны на том, что они-де практически нигде не публиковались из боязни того, что фальшивость их будет обнаружена (это вовсе не так, они публиковались несколько раз, в частности, в журнале «Вопросы истории»), и на том, что Мухин для своего «анализа» выбрал очень неаккуратную публикацию в сборнике «Военные архивы России» и большинство его доводов основаны на ошибках в этой публикации. Вообще же книгу Мухина интересно читать параллельно с каким-либо серьезным исследованием катынской проблемы — сразу становятся заметными все недоговоренности и передергивания в ней, и книжечка эта в итоге может годиться лишь на что-то типа самоучителя на тему «Как не надо лгать».