Стихотворения

Перевод Андрея Базилевского


Мы, как дети, даем увести себя небытию

Дело в там. В там.
В «там», где мы должны
встретиться.
Я не знаю,
где это — «там»
и есть ли оно вообще.
Может, там нет ничего?
Не знаю.
Мы полагаемся на
«не знаю».
Как дети, даём
увести себя небытию.
Встречаем там
других детей.
Смотрим, как они там
играют,
танцуют,
как в «не знаю»
пугают друг друга,
как рождаются
и уходят
в иное
«не знаю».
Сопот, 2006
Божья коровка

Божья коровка взбирается на стеклянную
гору вечером нахожу ее на ладони
согретой светом ночника.
Не так должно быть в феврале.
На автобусной остановке алкаши
пьют водку пёс привязанный к водостоку
зря ждёт хозяина.
Не так должно быть в феврале.
На той стороне улицы голая женщина
прижалась к окну сосками
большими коричневыми как римские монеты.
Не так должно быть в феврале.
Среди ночи будит меня чей-то
сердитый голос: откуда ты знаешь как должно
быть в феврале? — до рассвета лежу неподвижно.
Не так должно быть в феврале.

 

Ангел Рильке


Страшен ангел,
введённый во искушение
человеком.
Грозен ангел
отверженный, не допущенный
в покои сердца,
остановленный в прихожей
ангел — свеча из свинца,
от огня его больно.
Горек ангел,
исходящий из разума,
слово его — полынь,
плоть его — водяное растение.
Страшен человек, который
не любит и не чувствует любви.

Ангел Кафки

Прав ангел,
допустивший страданье
другого — вместо того, кто виновен.
Праведен ангел,
не отвечающий на вопрос:
почему именно я?
Его молчанье — как дым,
как анемон, его слов
не удержит память,
после них остаётся тень запаха,
отзвук, белое нечто,
мерцающее исчезновенье.
А что должен ответить ангел?
Только ему известны три опоры суда:
вина, виновный и тот, кто вместо.
Можно ли выразить
безмерность добра, да и кто нынче примет на веру
столь наивную историю?

Ангел Беккета

Странен ангел,
с которого сорвано ангельское обличье.
Говорит он немного,
в основном произносит отдельные слоги.
Гармонию мира
пытается поддержать за счёт
деепричастных оборотов.
Путает время ангелов
и время людей.
Носит в себе пустоту,
которая не вмещается в небе.
По мере того как ангел забывает
о сияющем прошлом,
он начинает напоминать
человека.
Скоро забудет,
что значит — быть ангелом.

Смерть большой обезьяны

Листья яблони кружатся, как маленькие
карусели, листья ореха отвесно падают вниз.
Их всё больше и больше. Грачи,
сшитые из блестящей подкладочной ткани,
инспектируют сад. Они никого не любят,
никого не уважают, их карканье — пять
оттенков разрыва гранаты. Мир полон
невротиков. Закрытых от сада.
Закрытых от Бога. Вот в чем
проблема. Ведь они никого не любят,
никого не уважают, отвесно падают вниз.
Их все больше и больше. Листья
яблони щекочут тело, а листья ореха
лижут его темную подкладку.
Вот поцелуй октября, вот ноябрьский
голод. А холод зимы может длиться
вечно. Зима может оказаться слишком
долгой для нашей короткой жизни.