ЧЕЛОВЕК С НАДЕЖДОЙ

В 1976 г. Анджей Вайда снял свой знаменитый фильм «Человек из мрамора», получивший премию ФИПРЕССИ на Международном кинофестивале в Каннах и приз за лучший иностранный фильм в Италии в 1978 году. В 1981 м появилось продолжение этого фильма — «Человек из железа». Фильм был посвящен деятельности «Солидарности» и включал кадры с участием Леха Валенсы. За этот фильм Анджей Вайда получил главную премию на Каннском фестивале.

В этом году режиссер вернулся к теме «Человека из железа»

— Ваш последний проект — фильм «Человек с надеждой», своеобразное продолжение «Человека из железа». Вы упоминали в своих интервью, что идея снять «Человека с надеждой» появилась еще в 80 е годы. Как вы представляли этот фильм тогда и насколько изменилась его концепция сегодня?

— Лех Валенса действительно прислал мне тогда телеграмму к дню рождения с предложением снять после «Человека из мрамора» и «Человека из железа» «Человека с надеждой». И теперь я подумал, что 25 летие «Солидарности» — подходящий момент для того, чтобы режиссеры, которые когда-то поддержали это движение, сегодня также показали свою заинтересованность и свое участие в событиях, которые связаны с празднованием 25 летия «Солидарности». И родился фильм, который состоит из 13 короткометражек, снятых 13 режиссерами. Каждый из нас представляет свою историю. Я в своей истории рассказываю как раз о том, как Лех Валенса прислал мне ту телеграмму со своим предложением, но я так никогда и не снял фильм «Человек с надеждой». И отвечаю на вопрос, почему я этого не сделал, хотя у меня в руках было несколько сценариев, написанных специально на эту тему. Я не снял этот фильм, потому что «Солидарность» со временем изменилась в своей основе. В 1980 г. это было мощное общественное движение, которое объединяло и рабочих, и интеллигенцию, представителей разных профессий и взглядов. Мы все страстно хотели, чтобы Польша изменилась. Тогда мы не думали о том, что может измениться политический строй. Но мы хотели, чтобы та общественная сила, которой было 10 миллионное движение «Солидарности», действительно могла влиять на события в нашей стране и изменила что-то к лучшему. Такова была наша главная цель.

К сожалению, ни один из предложенных мне сценариев не продвинулся дальше этой идеи, так как со временем «Солидарность» пришла к своей основной функции — функции профсоюза. А профсоюз не может руководить страной. Страной должны управлять разные силы, выражающие интересы различных общественных групп, «Солидарность» же выражала интересы фактически только рабочих больших промышленных заводов. Проблема была также в том, что многие из этих заводов нуждались в реструктуризации. Поэтому постепенно «Солидарность» перестала быть «Солидарностью»-победительницей, она превратилась в профсоюз, который защищал права его создателей-рабочих. Поэтому все сценарии, которые я получил на эту тему, были в основном критического характера. Они выражали недовольство современным развитием Польши — экономическим положением, положением тех людей, которые сражались за «Солидарность», а сегодня испытывают трудности: к примеру, потеряли работу или не нашли того занятия, которое приносило бы им удовлетворение. Я не хотел снимать фильм, который хотя бы в малой степени повредил легенде «Солидарности», ее главной замечательной идее. Я просто не нашел ни способа, ни момента, который мог бы показать надежду на что-то.

— Однако сейчас вы увидели эту надежду?

— Наша дискуссия — в ней участвуют исполнители главных ролей в «Человеке из мрамора» и «Человеке из железа» Ежи Радзивиллович и Кристина Янда, а также я и Лех Валенса — вертится вокруг вопроса, а не был ли уже фильм «Человек из железа» по сути фильмом «Человек с надеждой»? Не заключала ли в себе истинную надежду та минута, когда Лех Валенса подписывал на судоверфи соглашение с правительством? Может быть, если бы генерал Ярузельский не ввел военное положение, «Солидарность» могла бы постепенно преобразовать промышленные предприятия на свой лад, и у нее был бы шанс исполнить свою роль до конца. Но военное положение эту возможность перечеркнуло.

— Согласно вашему замыслу, герои вашего фильма пытаются ответить на вопросы, которые были заданы в фильме «Человек из железа». Например, какова роль этики в политике. Вам удалось найти ответ?

— Я бы начал с того, что, на мой взгляд, «Солидарность» во многом идеализировала политическую ситуацию. С другой стороны, «Солидарность» действительно была построена на определенных этических нормах. Можно сказать, что это было общество людей, объединенных не только интересами, но и общими представлениями о том, чего нужно добиться во имя трудящихся в этой стране. Однако положение кардинально изменилось, когда множество представителей этого движения вошло в парламент. И возникла ситуация, характерная для каждого парламента, где определенные группы защищают интересы своих социальных структур и не думают о развитии государства в целом.

— Какое место, на ваш взгляд, занимает сегодня поколение «Солидарности» в общественной структуре Польши?

— Это хороший вопрос. В моем фильме Леха Валенсу спрашивают, на что он рассчитывал, с чем главным образом была связана его надежда, а также кто сегодня герои нашего времени. Он ответил, что, когда мы будем отмечать 50 летие «Солидарности», тогда и появятся нужные герои. И вспомнил, как Моисей в течение 40 лет водил евреев по пустыне, для того чтобы вымерло воюющее поколение и появилось новое, способное создать свое государство. Так что, согласно Леху Валенсе, только ближе к 50 й годовщине «Солидарности» мы можем рассчитывать на другое поколение, на тех, кто будет способен оценить «Солидарность» так, как она того заслуживает, и будет ясно видеть свое будущее. И уже не будет людей обиженных, что их недооценили.

— Как отметили журналисты, фильм «Человек с надеждой» заканчивается на оптимистической ноте. Вы выбрали такой конец, потому что действительно видите в будущем Польшу преуспевающей страной, занимающей сильную позицию в мире, стабильной в своем развитии... Или такое настроение в вашем фильме создала годовщина «Солидарности»?

— Мы бы хотели, чтобы так было. Но, к сожалению, сегодня существует конфликт между теми людьми, которые создали «Солидарность», а вместе с ней новую политическую и экономическую ситуацию в Польше, и привели нашу страну к членству в НАТО и ЕС, и теми, кто тоже представляет этот профсоюз, но чьи интересы сводятся единственно к защите интересов рабочих. Мы готовимся сегодня к празднованию 25 летия «Солидарности», но какой «Солидарности»? Я задаю себе этот вопрос. Мы бы хотели, чтобы это была «Солидарность» Леха Валенсы, которая изменила Польшу и сделала ее свободной страной и частью Европы, страной, у которой есть будущее, несмотря на все трудности, которых не удалось избежать при этих преобразованиях.

Беседу вела Виктория Дунаева