СТИХИ

* * *

   ...огонь крепчает, блеск темнеет

Когда уже не лает пес

когда и птица не поет

и не звонят колокола

и не рождается рассвет

тогда все ярче мощь огня

и раздается ясный звук

и голос рвется из глубин

дитя рождается на свет

бесшумный пролетает вихрь

беззвучный плач несется ввысь

спускается в долину тень

сливаются и ночь и день

     

       

СОБАКА В СИЕНЕ

Постарела ты моя псина

Сиены тебе никогда не видать

даже по Стависку ты бегаешь неохотно

А у меня в Сиене «есть другая собака»

Крылатая

с радужными глазами

когда я с ней я вижу весь мир весь мир

как с высокой горы

да только не любит она меня

так как ты

порой и укусит ночью

а потом долго воет

тихонько так

что в гостинице никто не слышит

(«Итальянский песенник», 1974)

МОРОЗ

Над домом моим громоздится

гигант Орион

как бронзовые врата

три золотых гвоздя

посредине

а дом лежит в снегу

плашмя

среди голых деревьев

как малы дела

моего дома

под морозным небом

как слабо светится

уже всего одно

золотое оконце

какая стужа

А где-то там

за вратами Ориона —

мой настоящий дом

ЗЕЛЕНЫЙ САД ЗИМОЙ

Мой мир это мой мир

я не могу вам его открыть

И если даже я вам опишу

изваяния всех двенадцати месяцев

скрытые в гуще зелени

каждый из вас увидит

иную зелень —

другие статуи

и не такую зелень

А если я опишу вам свою печаль

она покажется вам смешной

детской печалью

ибо она

полна очарованья

как зеленый сад

зимой

(«Ксении и элегии», 1971)

PROVERBIUM

Широко отворились резные воротца.

(Улыбаются все — но никто не смеется.)

Пышет красной калиной коса каравая.

(Грустно всем — только что-то никто не рыдает.)

Сев окончен... Колосья идут в обмолот...

(Любят все — но за друга никто не умрет.)

Не дождаться мне новых, веселых гостей.

(Ищет мир — лишь о мудрости нет в нем вестей.)

(«Октостихи», 1919)

ЭТО

На синем высоком небе две бесконечных розовых тени.

На их фоне две черных улетающих птицы,

и в этом — вся осень.

(«Касиды», 1925)

КОЛЫБЕЛЬНАЯ

Листья осыпались, ветер их гонит,

Дай отдохнуть у тебя на ладони.

Ветер уносит опавшие листья,

В мире не стало сверкающих истин.

Вянут цветы, увядают деревья,

Пусть же никто не сгорает во гневе.

Осень спрядает нити льняные,

Так все и будет, как кажется ныне.

(«Книга дня и книга ночи», 1929)

* * *

Ссохлось перо, но пока еще пишет,

Сердце застыло, но все-таки бьется,

Голос звучит... хоть никто и не слышит,

Звезды — ничьи — отраженье в колодце.

Ночью бредут по дороге деревья,

Клонятся липы, ломаются ветви,

В голосе ветра слышу напев я:

Было и нет — и не будет вовеки.

Рано. Не время. Никто не ответит,

Чем тебе было стать суждено.

То ли ты ветвь, и унес тебя ветер,

То ли ты — камень, упавший на дно.

(«Темные тропинки», 1957)

НОЧНАЯ ПЕСНЯ СОБАКИ

Темная ночь

страшная ночь

я ничего не знаю

о ней

Смотрит

в окно

глазищами

светит

Лучше

поближе к хозяину

возле кровати

лечь

Может он меня ей не отдаст

как я его не отдам

упырям

(«Ксении и элегии», 1970)

      

    

НОЧЬ В АВГУСТЕ

Этой ночи

не будет уже никогда

этого счастья

не будет уже никогда

и этого неба

полного звезд

не будет уже никогда

Звезды и планеты

На миг застыньте

я этому мгновению

скажу

остановись

но звезды и планеты

вращаются в пространстве

и тело уходит

как ночь

и уста медвяные

закрываются

и счастье не продлится

ни на миг

Но ведь было было

Этой минуты

не будет уже никогда

(журнал «Поэзия», 1982/11-12)