Музыкальный проект «Рембо»

О пепельное лицо, эмблема волос, хрустальные руки!

Жерло орудия, на которое должен я броситься — сквозь ветер и буйство деревьев.

Артюр Рембо, «Озарения»*

 

 

2 июля 2015 г. в Кракове состоялся премьерный концерт проекта «Рембо», реализованного Томашем Будзынским, Михалом Яцашеком и Миколаем Тшаской — тремя художниками, работающими в весьма отдаленных, казалось бы, друг от друга музыкальных эстетиках. Первый из них — лидер группы «Армия», которую он создавал совместно с Робертом Брылевским в 1985 г., и команды «Человечий череп»; кроме того, в 1983-1984 гг. Будзынский был вокалистом легендарного панк-рокового «Топора» (признанного самым лучшим коллективом на фестивале в Яроцине в 1984 г.); известен он также своими сольными дисками и участием в группе «2Tm2,3». Второй из них справедливо считается одним из самых лучших творцов электроакустической музыки. В дискографии Михала Яцашека присутствуют, среди прочего, альбом «Трены», вдохновленный одноименными надгробными плачами выдающегося польского поэта Яна Кохановского, или же диск «Catalogue des Arbres» (франц. — Каталог деревьев), записанный в 2015 г. с музыкальной группой «Kwartludium». Кроме того, Михал Яцашек является автором музыки к ленте Яна Комасы «Зал самоубийц». Наконец, третий, Миколай Тшаска, — саксофонист и кларнетист, одна из крупнейших индивидуальностей польского джаза, музыкант связанной с Троеградом (Гданьск-Гдыня-Сопот) группы «Милосць» (Любовь) и основанной им самим джаз-группы «Лоскот» (Грохот), соучредитель (вместе с гитаристом Рафаэлем Рогинским и ударником Мацеем Моретти) команды «Шофар», записывающей во фри-джазовой форме новые интерпретации предвоенных хасидских религиозных произведений (нигуним и фрейлехс), которые почерпнуты, в частности, из собраний работавшего в Киевской консерватории и Институте еврейской пролетарской культуры фольклориста Моисея (Моше) Яковлевича Береговского. Помимо этого, Миколай Тшаска — автор музыки к целому ряду кинокартин Войцеха Смажовского, в т. ч. фильмов «Плохой дом», «Роза», «Дорожный патруль», «Песни пьющих», а также к многочисленным документальным лентам и театральным представлениям. Он активно действует в поддержку возрождения и обновления еврейской культуры в Польше.

Встреча Миколая Тшаски с Томашем Будзынским состоялась благодаря посредничеству известного писателя Анджея Стасюка. Музыканты подружились и спустя какое-то время пришли к выводу, что могли бы записать совместный диск. О рождающемся проекте узнал Михал Яцашек и выразил желание присоединиться к их группе. На встрече в Гданьске лидер «Армии» предложил всем вместе сделать звукозапись новой интерпретации творчества Артюра Рембо, чьи стихи много раз вдохновляли его самого при написании текстов для альбомов собственной группы, и которого он называет одним из героев своей молодости. Как выяснилось, эти три выдающиеся индивидуальности связывает то, что каждый из них получил образование в одной из сфер изобразительного искусства. Это находит отражение в том, какой им видится интерпретация текстов Рембо и какие фрагменты они оттуда выбирают. Записанная ими музыка необычайно образна, живописна и пластична. Слушая ее, можно рисовать в воображении облик постапокалиптического мира.

Если бы мы хотели найти в прежнем творчестве названных музыкантов те следы, которые в конечном итоге привели к возникновению проекта «Рембо», то стоило бы остановиться прежде всего на таких альбомах, как «Мор» группы «Человечий череп», «Диковины» Томаша Будзынского, «Трены» Миколая Яцашека, или же на концертных дисках «Malamute North Quartet» в составе Миколай Тшаска, Петер Брётцман, Петер Фрийс Нильсен, Петер Уускила, либо «Live at Powiększenie» группы «Шофар». Есть нечто, объединяющее все перечисленные компакты, а именно — радикальный характер представляемой там музыки, ее бескомпромиссность. В случае дисков «Мор» и «Диковины» общей является также их апокалиптичность. Схожим образом можно воспринимать и поэзию Артюра Рембо.

Когда интернет облетела информация, что Будзынский, Тшаска и Яцашек реализуют совместный проект, многие из людей, имеющих отношение к авангардной музыке, либо выражали опасения, касающиеся того, что может получиться в итоге, либо открыто восхищались данной идеей. Задумывались они и над тем, к чему приведет ситуация, когда три крупные индивидуальности, высказывающиеся на разных музыкальных языках, вместе запишут диск. Связующей материей указанного проекта стал в первую очередь французский символист Артюр Рембо. Существенным оказалось и то, каким путем изменилось восприятие его творчества зрелыми людьми по сравнению с восприятием молодых музыкантов, еще только вступающих во взрослую жизнь. Аудиоматериал создавался на носителях в Гданьске, в рабочей студии Яцашека. Хозяин записал все музыкальные подкладки, а Миколай Тшаска — партии саксофона и кларнета. Уже после этого из Познани подъехал Томаш Будзынский и под воздействием того, что услышал, предложил избранные фрагменты из стихотворений поэта — одиночные фразы и слова с огромной силой экспрессии, способные вместить и совместить много разных значений. Благодаря возможности фиксировать записи с максимальной разрешающей способностью и качеством звука, весь материал для этого компакт-диска создавался вживую, а окончательный результат складывался из нарезанных в студии импровизаций на выбранные темы. Полученная таким способом музыка производит впечатление очень свежей и искренней, слышно, что ее не приходилось играть по несколько десятков раз перед тем, как записать. Первым готовым произведением была открывающая альбом пьеса «Armata» (Жерло).

Это самое брутальное произведение на данном диске. Начинается оно интригующим и приковывающим внимание вступлением, которое исполняется на клавишных, чтобы несколько мгновений спустя взорваться феерией препарированных звуков, выкрикиваемых вокализом, визгом и фальцетом Томаша Будзынского, а также агрессивной атакой саксофона Миколая Тшаски. Михал Яцашек перерабатывает эти звуки и закольцовывает их, выстраивая тем самым фон для того, чтобы двое его коллег могли блеснуть виртуозным мастерством. «Жерло» представляет собой экстремальное музыкальное испытание, напоминающее землетрясение. Это хичкоковское начало. Слова (их здесь три: «жерло» и «эмблема волос») были выбраны из «Being Beauteous» — короткого опуса Рембо из цикла «Озарения». На концертах «Жерло» исполняется приблизительно где-то посередине выступления.

Следующая часть диска оказывается значительно более спокойной, напоминая иллюстрацию к странствованию по миру после апокалипсиса. «Как только угомонилась идея Потопа. Кровь и молоко потекли. В тимьянных пустынях». Это отдельно выбранная фраза из произведения, открывающего «Озарения», — оно называется «После Потопа». В этой смягченной, приглушенной музыкальной иллюстрации, которую записал Яцашек, ощутимо большим весом обладают отобранные слова. Вокал здесь ближе к обыкновенной песенке, зачастую он удваивается, то есть вновь воспроизводится Яцашеком, а в какие-то моменты исполнитель употребляет его в качестве аккомпанемента к словам, которые поет Будзынский. Кульминация эмоций наступает в самом конце произведения и достигается игрой Миколая Тшаски. Именно с «Потопа» трио начинает свои концерты.

Очередные четыре композиции исполняются на французском языке. Так же, как и «Потоп», они представляют собой музыкальную иллюстрацию сочинений Рембо. В предпоследней из пьес, содержащихся на этом диске: «Вы — поддельные негры»* — заглавная фраза повторяется, будто мантра, и мгновенно врезается слушателю в память. Альбом венчает композиция «Я есмь некто другой»*. Это наводящее на размышления и чрезвычайно гнетущее произведение. Слова Будзынского доносятся словно бы из-под земли или из человеческой утробы. Их звучание — окончательно и неотвратимо.

Альбом «Рембо» в исполнении трио Ячашек, Будзынский и Тшаска являет собой апофеоз ничем не стесняемой артистической свободы. Прослушивание указанного диска — это весьма интенсивное проживание звука, причем его авторы совершенно не оглядываются ни на правила звукозаписи, ни на ожидания собственных фанов или же лиц, пользующихся влиянием в музыкальной индустрии. «Рембо» представляет собой радикальный, а временами смертельно отчаянный проект. Его конечный эффект диаметрально разнится от произведений группы «Армия», инспирированных творчеством того же самого французского поэта. Более того, он отличается от всего, что возникало до сих пор в повсеместно понимаемом круге авангардной музыки.